Я не очень понимала, на что захотела подписаться, но идея проверить свою теорию на счёт монстров была заманчивой и даже волнующей. Если Жаклин ничего мне не сказала, значит, она просто не знала о других вампирах, кроме Кроссманов. В это я охотно верила, поэтому решила во что бы то ни стало докопаться до истины. К тому же перспектива заработать пару сотен долларов в месяц была очень заманчивой и нужной при моих финансовых трудностях. Так что прямо сейчас я понадеялась, что Скарлетт поймёт меня правильно, и, к счастью, не ошиблась.
- Знаешь, ты производишь приятное впечатление, поэтому я подумаю над твоим предложением. Я как раз ищу помощницу, которая подежурит здесь по вечерам, пока я хожу на учёбу. Эта библиотека по какой-то неведомой причине привлекает посетителей именно ближе к ночи, а я не могу размножиться, чтобы успевать за всеми! – Скарлетт лукаво подмигнула, перестав смотреть на меня с опаской. – Надеюсь, ты ничего не имеешь против ночного дежурства? Я буду присылать тебе на помощь своего знакомого. Он знает это здание, как свои пять пальцев! Впрочем, неудивительно, ведь он сам его… – тут она замолчала, а я без труда догадалась, что этот знакомый построил библиотеку.
Вопреки собственным ожиданиям я не испугалась, хотя, бесспорно, стоило. Впрочем, обилие вампиров в Стоунбридже перестало меня удивлять.
Очередная вампирша улыбнулась мне и пошла по проходу вдвое быстрее прежнего, словно захотела проверить мою физическую подготовку. Я едва за ней поспевала, хотя она была в туфлях на высоком каблуке! Я украдкой посмотрела на свои кроссовки и попыталась идти резвее. В голову пришло забавное сравнение между таксой и гончей. Не в мою пользу, кстати. Так и хотелось жалобно проскулить что-то вроде: «У меня короткие задние лапы! Можно помедленнее?!»
В какой-то момент мне даже показалось, что я не туда свернула, но вот впереди я заметила безупречно ровную спину Скарлетт, затянутую в узкий пиджак из какой-то очень красивой дорогой ткани. Девушка остановилась возле стеллажа, на котором идеально подобранными по высоте кипами лежали журналы и газеты, наверное, за все годы существования города.
- Это здесь? – спросила я на всякий случай.
- Да. Тебя, насколько могу догадаться, интересуют кумиры школьников Кроссманы? То есть история жизни их семьи в Стоунбридже? – спросила Скарлетт и нахмурилась, когда я закивала. – Что ж, садись за стол, а я пока вытащу нужные газеты.
Девушка встала на передвижную лестницу и начала перебирать толстые кипы пожелтевших от времени листков. Наконец, её поиски увенчались успехом, и она сняла с полки несколько пухлых папок с газетами. Ни на миг не потеряв равновесия на шаткой конструкции, Скарлетт спустилась на пол и аккуратно положила их на стол передо мной. Коротко кивнув, она отправилась назад, словно почувствовав, что пришёл кто-то ещё.
Я включила красивую лампу под нетипичным для современного мира тканевым абажуром, взяла первую из газет за 1930 год и внимательно проглядела заголовки, отмечая каждый из тех, что показались мне хоть немного странными. Некоторые из них были обыкновенными – рассказывали о жизни города, но именно в них я нашла небольшую, однако очень интересную и незнакомую мне заметку о первом приезде Кроссманов в Стоунбридж. На крупной чёрно-белой фотографии в самом низу страницы был изображён высокий сухопарый мужчина в военном мундире, а рядом с ним стояла женщина, обнимавшая за плечи троих молодых людей. Эти лица я узнала сразу же, как увидела: Симона, Питер, Моника, видимо, Уильям и незнакомый мне парень с красивым лицом и злыми глазами, о котором я не встречала ни одного упоминания ни в одном из известных мне источников. Даже Фелисити не говорила о существовании ещё какого-то Кроссмана, хотя эта фотография находилась в открытом доступе и полностью переворачивала часть моих представлений о вампирах.
За столько лет Кроссманы совсем не изменились, вот, разве что, Симона слегка погрустнела, что очень ей шло, говоря начистоту. Брата Питера я никогда не видела и не могла судить о его роли в появлении вампиров в поле зрения Гильдии. Я вообще не представляла, кем он приходился Симоне на самом деле – родным сыном ещё по человеческой жизни? Племянником? Воспитанником?
Под фотографией мелким шрифтом сообщалось, что мистер Уильям Фицджеральд Кроссман, полковник британской армии в отставке, вместе с семьёй переезжает в Стоунбридж, чтобы жить здесь и построить на свои средства небольшую частную школу для детей-сирот. Самое интересное, пусть и не удивившее меня, заключалось в изменённых именах: Питера звали Натаном, Монику – Мариэттой, Симону – Софией, Уильяма – Адам, а злого незнакомца – Дамир. Что-то мне подсказывало, что это имя было не вымышленным. Каждый, видимо, придумал его на свой вкус. Каждый, но не Дамир.
