Последний звездный суперразрушитель типа «Палач», один из самых совершенных судов за всю историю галактики. Единственный в своем роде корабль, само воплощение обреченного величия. С его гибелью должна была окончиться золотая эра кораблестроения не только для верфей Куата, но и для прочих компаний, ведь больше такой впечатляющей техники производиться не будет.
— Я бы желала остаться, — заключила Райя. — У меня есть помощник Брук Эллиот. Если позволите…
— Разумеется, — отмахнулся гранд-адмирал с раздражением. — Каждый из ваших людей имеет полное право спасать свою жизнь.
— Благодарю вас.
— Сделайте объявление сами. Офицерам — всем, кто решит не покидать корабль, — сообщите, пусть явятся в зал для брифинга. Он оснащен бронированными стенами и термозащитой.
— Да, сэр, — женщина вытянулась в струнку. — Еще что-нибудь?
— Если вам не трудно, исполните мою личную просьбу. Пусть «Разоритель» отправится в вечность под соответствующий аккомпанемент.
— Распорядиться, чтобы бортовой компьютер включил вашу любимую арию?
— Это было бы весьма любезно с вашей стороны, — промолвил он с иронией в голосе.
Женщина кивнула, чуть заметно улыбнувшись.
Несколько минут спустя в динамиках заиграл отрывок из классической оперы, которая с большим успехом шла на Корусанте вот уже третий десяток лет. Жаль, что гранд-адмиралу так и не выпало случая насладиться ею вживую. На фоне бессмертной музыки сообщение капитана — «… благодарю за службу, господа. И желаю удачи каждому из вас…» — прозвучало с особо трагической нотой.
Как и предполагала Слоун, ни один человек не тронулся с места. Служащие «Разорителя» лишь хмуро переглядывались друг с другом, и каждый думал об одном и том же — что решившись на бегство, он впоследствии возненавидит сам себя. К чему жизнь, спасенная ценой бесчестья?
Как уже известно, только две спасательные капсулы покинули гибнущее судно. Они беспрепятственно опустились на планете: одна в районе Жалобной руки, другая — около того места, где спустя несколько лет образовался аванпост Ниима. Одна из них унесла капитана Хакса и чертежи будущей сверхмощной станции, которая будет окончательно построена и произведет единственный успешный выстрел почти через тридцать лет после этих событий. Впрочем, как Брендолу удалось сохранить карту и информацию на ней втайне от властей Новой Республики во время судебного разбирательства, остается загадкой.
Другая капсула спасла жизнь восемнадцатилетнему адъютанту гранд-адмирала Слоун Бруку Эллиоту, который уже через час был арестовал солдатами Альянса. Впоследствии он предстал перед судом и был оправдан за молодостью лет и отсутствием каких-либо серьезных военных преступлений. Дальше его жизненный путь теряется для истории. Впрочем, известно, что аналогичное имя носил один из пилотов «Эраваны».
Зал для заседаний располагался в центральной части корабля. Это место, находившееся в отдалении от всех инженерных систем и от стрелковых установок, защищенное прочными жаростойкими стенами, считалось самым надежным.
Менее чем через пять минут после объявления Слоун там собрался весь офицерский состав: сам гранд-адмирал — владелец судна и главнокомандующий имперским флотом, вице-адмирал Гэлан, гранд-мофф Рэнд, генерал Боррум, по прозвищу «старец», старший офицер отдела информации Феррик Обдур, а также их помощники, секретари, адъютанты. Гранд-адмирал Слоун, будучи капитаном корабля, предпочла остаться в командной башне.
Все высшие чины, за исключением Гэлана, входили в состав Теневого совета — это были хищники, которым даже сыграло на руку тяжелейшее поражение при Эндоре и гибель Палпатина. Это были авантюристы, свершившие переворот в результате тайной операции на Акиве. Движимые фанатичной идеей создания собственной, новой Империи. Их решение остаться на борту, в отличие от других членов экипажа, не было продиктовано одними только благородными побуждениями. Каждого из них в руках представителей Республики наверняка ожидал расстрел.
Гранд-адмирал предавался пространным размышлениям. Когда на грани подсознания маячит страх перед скорой смертью, отвлеченные мысли — это лучшее спасение. Главнокомандующий думал о том, как поистине гениальна судьба в своих непредсказуемых поворотах. Следуя предназначенным ему жизненным курсом, он оказался там же, откуда начинал. В пустынном мире, где родился, и где теперь должен был умереть — умереть ужасной, насильственной, однако без сомнения, достойной смертью.
А вместе с ним уйдет и тайна, доставшаяся ему в наследство от императора Палпатина. Тайна, скрытая здесь, в недрах Джакку; некогда завязавшая в один узел владыку ситхов и безродного раба, ничтожную песчаную крысу… впрочем, разве могучий темный лорд, единственно законный ученик Сидиуса не был рожден в рабстве? Разве он в свое время не прозябал на нищей планете? Не исключено, что именно это разительное и странное сходство побудило Императора обратить взор еще на одно несчастное дитя пустыни. Впрочем, так или иначе, его упованиям не суждено исполниться, а великая тайна так никогда и не будет раскрыта миру.
