– Черт возьми! – рычу я, когда боль от удара проходит, и пытаюсь выпрямиться и осмотреться.
Я нахожусь в подземном проходе из черного турмалина. Маленькие алмазы скудно освещают стены пещеры. Я нахожу палку на земле и с ее помощью поднимаюсь. Мне нужно выбраться отсюда. Я твержу себе это снова и снова, пока иду вперед, опираясь на подобие трости и хромая.
Сила воли слабеет с каждым шагом. Нога так болит, что я останавливаюсь и смотрю на сумеречный свет впереди. Я больше не могу. Моя душа, мое сердце… даже мои кости чуть не сломались. И уверенность в том, что я всегда смогу защищать Ярруша, которую он мне и внушал, тоже надломлена. Наверняка Киран уже пришел за ним, чтобы забрать его.
Я хнычу, жалея себя, но продолжаю хромать, пока не обнаруживаю перед собой девушку, которая корчится на полу и плачет. Ее костюм изорван в клочья, голова прижата к коленям. Она моя ровесница.
– Кто ты? – спрашиваю я, но ответа нет.
От боли я присаживаюсь рядом с ней на корточки и осторожно касаюсь ее плеча. Она поворачивает ко мне изуродованное лицо, я в страхе отступаю назад.
Девушка начинает плакать еще больше.
– Ты боишься меня, – рыдает она.
– Нет! – отвечаю я и снова сажусь рядом. – Нет причин бояться тебя, – успокаиваю я ее, убирая мокрую прядь с лица, покрытого шрамами.
– Но ты отпрянула.
– Просто… – Я сжимаю губы, подыскивая нужные слова. – Ты напомнила мне моего брата, – шепчу, слегка приподнимая ее подбородок, когда она пытается спрятаться от меня. – Я бы никогда не испугалась тебя. Ты прекрасна, – говорю я и улыбаюсь ей.
Но в ее взгляде сквозит недоверие.
– Я не могу идти дальше, – шепчет она. – Мой тахилл разорван, и все увидят, кто я на самом деле.
Больше всего я хочу сказать ей, что весь мир должен спокойно относиться к этому. Что каждый, кто думает, будто он красивее ее, должен подойти к ней. Мне бы хотелось сказать то же самое Яррушу, вместо того чтобы постоянно внушать ему необходимость прятаться. Так же, как, очевидно, делали родители этой девушки.
– Вот, – говорю я, снимаю маску и балаклаву и протягиваю ей и то, и другое.
– Но… – испуганно шепчет она. – Они побьют тебя камнями.
– Я с благодарностью приму каждый камень, каждый удар, – рычу я, полная гнева на этот мир. Я надеваю на нее балаклаву, а затем закрепляю маску.
Девушка благодарно кивает мне и встает. Чуть позже мы, рука об руку, ковыляем по подземным коридорам. Наконец она тихо откашливается.
– Ты можешь спеть песню? – Ее голос звучит так молодо. Гораздо невиннее, чем у других восемнадцатилетних.
Я киваю и начинаю тихонько петь. Я продолжаю петь, даже когда слышу ее тихий плач.
И вот наконец я вижу свет.
– Скоро мы будем на месте, – ободряюще говорю я, обнимая ее за узкие плечи.
Она хихикает, и мы ускоряем шаг.
Через несколько минут мы достигаем конца туннеля и выходим в Черную пустыню Калипара. Вдалеке слышны голоса. Облегчение наполняет меня. Джерри, Медиса и Ред подбегают к нам, и я, ухмыляясь, смотрю на девушку. Но вдруг… это уже не она, а Ярруш смотрит на меня своими большими золотыми глазами. Я моргаю и опускаюсь на колени, чтобы притянуть его к себе. И тут наконец снова слышу его голос:
– Ты такая красивая, Сари. Ты так же прекрасна, как Эмза.
В тот момент, когда я осознаю, что мой брат – истинное лицо и видит меня такой, какая я есть на самом деле, он превращается в черный песок.
– Нет! – кричу я, крепко сжимая его тахилл. – Нет! Ярруш! Они тебя поймают!
Но он уже исчез. Я держу в руках лишь свой собственный тахилл и понимаю, что брата здесь никогда не было.
Джерри подходит ко мне первым и опускается передо мной на колени. Он трогает мое лицо и смотрит на меня, словно хочет проверить, в сознании ли я.
– Что случилось? – спрашивает он, вытирая слезы с моих щек. – И почему ты сняла костюм?
Я лишь плачу, вместо того чтобы ответить ему, и продолжаю держать тахилл, который только что был на Ярруше.
Мышцы на моем лице вздрагивают, когда я вспоминаю истории о джиннах. Они живут в Черной пустыне, они созданы из песка и воплощают в жизнь страхи людей. Но образ Ярруша показался мне настолько реалистичным, что я чувствую себя так, будто только что потеряла брата навсегда.
Очень осторожно Джерри забирает тахилл у меня из рук, и, повернувшись, я вижу, что к нам приближается множество людей. Яркое солнце мешает смотреть, но я насчитываю по меньшей мере дюжину обезумевших фигур. Это не фантомы. Некоторые едут верхом на лошадях, которых я до сих пор видела лишь на картинках. Но я едва в состоянии реагировать на них, потому что мое сердце окаменело.
– Взять их! – приказывает один из незнакомцев, и сильные руки сразу же хватают меня. Оцепеневшая, сначала я поддаюсь, но потом начинаю сопротивляться. Я должна довести этот чертов Бег до конца. Нельзя сейчас сдаться.
– Отпустите ее! – рычит Джерри, поднимая руку.
Мужчины и женщины в ту же секунду отходят от меня. Вожак наклоняет голову, присматриваясь к нам.
– Джерри! – радостно говорит он, спрыгивает с лошади и похлопывает себя по груди.
Джерри повторяет его жест. Что это за люди? Неужели это Безымянная армия?
