Нужно лишь понять:
Себя если унять —
Не будет ничего
Объединению мешать.
«Little island for your soul»
Часть первая.
Неведомая рука, всевидящее око.
Ужас своими липкими щупальцами начал тянуться к моему встревоженному рассудку, в тот момент, когда я, двигаясь по проспекту Ильича, в районе больницы Калинина, заметил сквозь полупустое брюхо большого сдвоенного автобуса-гармошки, — ближе к мосту над рекой, в снежном буране, — еле видный неподвижный труп троллейбуса. Водитель же, по какой-то причине, троллейбус замечать отказывался и ехал на полной своей городской скорости,- 40 км в час, — прямиком в него. Я мертвой хваткой (как мне казалось) вцепился руками в поручни впереди находящегося сиденья, в него же упершись ногами. Товарищу, который ехал со мной рядом, посоветовал сделать то же самое. Но он мешкал и сделал это лишь в последний миг. Всё происходило очень быстро и всех сидящих предупредить я уже не успевал, поэтому просто закричал во всю глотку: «Держитесь»!
Для кого-то из пассажиров я просто был «пьяным подростком», орущим какой-то свой бред, иным же мой крик спас жизнь. Так или иначе, но после удара о троллейбус, водитель был невредим. Отчасти всех нас в этот момент спасло и то, что этот автобус не был оборудован подушкой безопасности, иначе водитель бы не смог делать дальше то, что до́лжно.
В последний момент увидев троллейбус, шофёр успел среагировать и уйти немного левее. Этим маневром удар был смягчен, тем не менее, автобус очень сильно тряхнуло.
Некоторые, успевшие среагировать, взялись за поручни и отделались просто испугом, другие же (старики, в основном, либо уставшие после смены шахтёры,
Через некоторое время внутри автобуса начались крики, наряду со стонами и просьбами о помощи. Да только помогать в том месте, куда мы двигались, уже было некому, но мы об этом тогда еще не знали…
Я был совершенно трезв, в сознании и отлично всё зафиксировал на «подкорку». Теперь выуживаю это оттуда для детального описания и точного пересказа последовательности событий, с которой всё началось конкретно для меня. Зачем я это делаю, сидя в холодном погребе, на окраине Макеевки? Вопрос отличный. Но не будем о грустном…
Дабы всё выглядело более привычно: представим, что мы смотрим кино (если честно, и мне так легче переносить и очередной раз вспоминать пережитое).
С десятиметровой высоты камера показывает автобус, который правым бортом цепляет троллейбус, мертвым камнем стоящий на начале моста через «Кальмиус», первый от этого перетряхивает и кидает сильно влево, но он продолжает свой путь, движимый волей водителя. Второй же остается стоять, продвинувшись вперед и правее на несколько метров и оставшись без задних стёкол, фар, с искореженной задней частью с левого борта. (зрителю становится удивительно как можно оставить такую махину, среди пурги, не включив аварийные маячки и габаритные огни, но без электричества это не сделать. Его отсутствие станет заметно через миг) Камера поднимается еще выше-на двадцать метров и зрителю становится видна часть города, находящаяся за рекой, ближе к площади Ленина. Эта часть совершенно без света.
Так же виден автобус, как маленький пучок света, движущийся с ничтожной скоростью по мосту, в сторону подъёма, выложенного брусчаткой. По правую и по левую сторону дороги видны трупы троллейбусов, оставленных людьми и электричеством, между которыми приходится маневрировать нашей «гармошке» дабы избежать повторного столкновения.
Автобус начинает подъем по брусчатке мерно преодолевая расстояние, отделяющее его от конечной остановки наверху.
Но вернемся же внутрь, в сердце разгорающихся страстей, в кусочек прежнего мира, оставшегося в обществе людей, силой своей мысли удерживающих его и ни за что не соглашающихся понимать происходящее и, уж тем более, осознавать его. После того, как первый шок прошёл, люди стали пытаться помочь друг-другу, иные же просто наблюдать за происходящим.
Начнём с тех, кто среагировал почти молниеносно для данной ситуации, чего нашему брату-славянину-и не снилось…
Цыганка в платке и длинном платье, поверх которого была надета кожаная черная куртка, «помогала» средних лет мужчине, в шапке с бубоном и «дублёнке» подняться с пола и усесться на сиденье поудобнее. Он всё кричал: «рука, рука. Поосторожнее с РУКОЙ!» То, что выглядело невинной помощью и жестом сострадания, содержащим внутри себя всевозможное человеколюбие, на самом деле было пустым (в данных условиях) воровством. Цыганка обобрала мужика полностью, сняв с него даже цепочку, с серебряным крестом, подаренную ему его кумом, двенадцать лет назад.
