Так называемая «звёздная болезнь» не проявляла себя совершенно. Но серьёзным изменением в Олеге было то, что он начал пить крепкий алкоголь после концерта. Ему тяжело было успеть восстановиться после одного концерта, перед другим и он прибегнул к помощи виски, которое якобы снимало усталость, но на самом деле лишь откладывало её в долгий ящик, накапливая там…
Через три месяца тура у Олега произошёл срыв и он не смог выйти на сцену. Люди негодовали но им вернули деньги за билеты — поступили максимально честно. Олег попросил отдых у Глеба Олейника, на что тот сказал что это невозможно и нужно еще месяц потерпеть. Он полностью сочувствовал Олегу, но поделать не мог ничего: таков был контракт.
После возращения домой через месяц, Олег купил билеты в Сочи и отправился отдыхать. Он был уже известен и его узнавали на улицах. В поезде, так же, его узнала и завела с ним знакомство симпатичная девушка по имени Лена.
Она была примерно его роста и возраста, у неё были длинные каштановые волосы и большие, красивые зелёные глаза. Она сразу понравилась Олегу, а он — ей. Завязался роман. По стечению обстоятельств у них были билеты в один город, но Лена ехала отдыхать в пансионат. Олег сказал что снимет что-то неподалёку или даже в том же пансионате. Так и сделал.
Все 14 дней, проведённых у моря, молодые люди наслаждались собой и морем. Их влекло друг к другу так сильно, как земное притяжение влечёт к горизонтальным поверхностям всё, что не закреплено. У Лены был отпуск на 21 день и Олег решил остаться тоже. Всё новые и новые, нравящиеся друг другу, черты характера открывали они; узнавали друг друга всё лучше и лучше. Это был тот идеальный случай, когда ни Олег ни Лена не делали вид что являются кем-то иным, нежели кем они являлись.
По приезду в Питер решили объявить родне, что будут жениться. Олег на свой гонорар, не без помощи Глеба Олейника, смог купить однокомнатную квартиру на проспекте Ветеранов. Сыграли свадьбу и зажили. Лена не хотела отпускать Олега на концерты самого и начала выполнять роль его менеджера: договаривалась с клубами и другими площадками и назначала концерты.
Что же касаемо звёздной болезни в группе — ребята, глядя на Олега, сначала нервничали и говорили между собой, что он просто выделывается таким образом, но потом сами успокоились и перестали выпячивать себя. Все стали качественно выполнять своё дело.
Вся группа видела как Олег и Лена любят друг друга. Куперу теперь не нужно было употреблять алкоголь после концерта для восстановления — у него была для этого Ленка… Она всячески его поддерживала — когда это было нужно и не мешала — когда у него шёл творческий процесс. Она понимала его с полу-слова и полу-намёка почти всегда. Исключением были его полёты на дирижабле рок-н-ролла вглубь себя в поиске новых мелодий.
В целом и в музыкальной деятельности и в семье Олега и Лены всё шло настолько отлично, насколько это невозможно даже представить…и вот в один из дней, когда группа была в заслуженном отпуске и дни были вялотекуще-одинаковыми, но и приятно-ленивыми…
Дождливым серым питерским утром, в квартире Олега и Елены Шаповаловых.
— Хорошо то как…а тебе, любимый?
— Мне с тобой всегда хорошо, Ленчёнок. Кушать только хочется. Ха-ха-ха. Ты ж знаешь мужчин: как ни одно, так другое на уме. — Засмеялся Олег.
— Знаю, знаю, конечно, -улыбнулась Лена в ответ. — Сейчас приготовлю твой любимый омлет. А ты давай тоже вставай с кровати. Вчера ты мелодию интересную играл. Я не стала мешать, но заслушалась… А потом телефон позвонил и отвлёк тебя, ну а потом и я не выдержала и пришла… Помнишь её?
— Хм-м. Да, что-то припоминаю… -гитарист, с глазами, по которым было видно, что он уходит в себя, — встал с кровати и сразу же взялся за гитару. Его жена пошла на кухню, чтобы приготовить завтрак. Шаповалов же начал входить в состояние, которое принято «называть нирваной» или «гармонией с собой», — вспоминая нотную очерёдность, которую вчера придумал, но нигде не успел записать.
Через минуту в комнату вошла Елена и сказала:
— Олежа, извини. Яиц нет. Давай гречу сварю или рис. Или закажем что-нибудь? — Купер только мотнул головой. По утрам он привык есть омлет, но для него это было не особо принципиально. Он настолько был занят мелодией, что не ответил ничего и сделал жест, имея в виду, что ему не важно что он будет есть. Елена же истолковала его иначе, это был тот самый момент внутреннего полёта Олега, — и решила пойти купить недостающие продукты. Она оделась и крикнула:
— Пока любимый, скоро буду! — если бы Купер знал, что это будут её последние слова, естественно, он бы повёл себя иначе…
///
Как часто в таких вот ситуациях, не ведая что ждёт нас впереди, мы продолжаем повторять привычные нам дела, не обращая внимание на происходящее вокруг? Всё кажется постоянным и обыденным. Всё кажется
