"Испытание", книга первая полностью

Обе подруги удержались, непонятным образом, на своих местах и не упали на пол. Но та, что была по левую сторону (ближе к проходу) сильно ударилась лбом о поручень и потеряла сознание, завалившись на свою спутницу справа. Правая же (называю их Левая и Правая, исходя из моего взгляда в их спины и из того что не знаю их имен) истошно завопила и принялась отталкивать свою подругу. Я, наблюдая всю ситуацию, как бы со стороны, резко вскочил и мобилизовал все усилия в данный момент, дабы поймать левую пенсионерку, которая так и желала, не без помощи своей подруги, находясь без сознания, соскользнуть с сиденья на пол. Это мне удалось, тут подбежал и мой товарищ Женя ( о нём чуть позже расскажу более подробно) и мы вместе с ним перетянули бабулю на сиденье, за оставшейся Правой пенсионеркой, уложив Левую на него.

Хочу заметить что пока автобус двигался, преодолевая деформационные швы моста, маневрирую между троллейбусами, но относительно по прямой; затем поднимаясь вверх по проспекту Ильича, к площади Ленина, все люди, которые были положены на сиденья, не падали с них, а наоборот были прижаты к ним за счёт движения автобуса, когда же мы, впоследствии, развернулись и стали спускаться вниз, к реке (к мосту) то некоторые, будучи без сил, упали.

Далее мы помогли паре со взрослым (лет двенадцати-тринадцати) ребёнком, приведя их в чувства и сказав, что всё нормально, просто видимо нет электричества, поэтому стоят троллейбусы, а нашего водителя об этом никто не удосужился предупредить по рации. Этим их достаточно успокоили. Хочу пояснить так же, что я действовал более инстинктивно, нежели обдумывая свои действия. И, видя людей в беде, старался им помочь, как мог. То есть ситуация мне рисовалась именно такой, как я рассказал паре с дочкой, нежели я её сочинил для их успокоения.

После этого, примерно в центре нашей «гармошки», образовался «инициативный кружок». Это я только сейчас его так обрекаю, полушутя. Естественно,что в моменте, который я описываю, ни о каких шутках и названиях кого-либо, как-либо, речи не было. Ко мне с Женей присоединилась мужская половина пары с ребёнком, подошли два горняка. Всё мы суетливо начали обсуждать происходящее и выдвигать версии оного.

Для «недонецких» поясню: от моста над Кальмиусом, до конечной на Гурова, ехать со скоростью троллейбуса или автобуса около четырёх минут.

И мы, понимая что скоро это «приключение из-ряда-вон» закончится, вполне себе рядовыми «скорыми» (рядовыми для городских жителей 21 века) и прочими сопутствующими вещами, решили, каждый со своей стороны, рассказать о своих ощущениях и обсудить их.

Каждый, естественно, поносил, на чём свет стоит, диспетчеров и водителей троллейбусов, оставивших без предупреждения свои машины. Не буду здесь описывать эти дебаты. Не вижу в них особого смысла. Сошлись мы в одном: цыганка, скорее всего обворовала мужика, лица кавказской наружности, скорее всего, хотели домогаться к девушкам. О чём собирались коллективно сообщить в полицию, после прибытия на конечную. И, если понадобиться, собственными силами задержать этих троих. Я хочу сказать что это не моё предвзятое отношение к «неславянам» говорит за меня в моём рассказе. Отнюдь. Все видели то же, что и я. И выводы сделали соответствующие ситуации и её участникам.

Через несколько минут, протарахтев своими внутренностями (частью которых были и мы-люди) по криво уложенной брусчатке, несмотря на вложенные в её реставрацию многомиллионные бюджетные средства, автобус повернул направо, на конечную станцию.

Конечная представляла из себя грязную улицу, венцом которой были троллеи, оканчивающиеся полукругом, дабы пойти в обратном направлении. Сам «пятачёк», — на котором были налеплены ларьки и ларёчки, магазины и киоски, торговые центры и аптеки, жилые дома сталинской эпохи и нотариальная контора, — представлял из себя небольшую площадку прямоугольной формы. Раньше тут и там по этой площадке слонялись алкоголики и наркоманы. Уже употребившие и только лишь намеревающиеся это сделать; в эпилептических конвульсиях и пьяных штанах, которые были свежеобписаны владельцами, составляли эти индивиды часть городской картины. Обычные жители (коих было большинство) на остановке, естественно, тоже присутствовали. Иногда это место прочёсывали патрули ППС. С улыбочкой эти ребята, только что получившие свою долю от наркоторговца-аптекаря или от буфетчицы, наливающей самогон из-под полы, поглядывали на окружающих «кабы чего не вышло». Таким он мне запомнился и таким я буду его помнить, пожалуй, всегда.

В момент же нашего прибытия, грязи, — будь то человекоподобная грязь или грязь, возникающая в результате попадания изрядного количества воды на тротуары, — видно не было, так как везде был снег. Снежило сильно, о чём я ранее упоминал. Плюс к этому дул ужасной силы ветер. Кто видел фильм, из прошлого века, «Операция Ы», тот помнит как там свистел ветер и неистовствовала буря. Ветер на конечной свистел как в этом фильме. Именно свистел.