Испытания Сирены полностью

— Проблема не в твоей шее, а в этих ушах. Посмотри, какие они маленькие и круглые. Они полностью меняют форму твоего лица.

Я дотронулась до одного из них.

— Они были у меня всю жизнь.

— И тот, кто наложил на тебя гламур, должен быть заперт в какой-нибудь тюрьме за преступления против красоты, — она оттолкнула мою руку. — Дай мне это.

— Подожди, что ты подразумеваешь, говоря о гламуре?

— Очевидно, кто-то изменил твою внешность, чтобы ты выглядела как человек, — она обнюхала мою шею сзади. — Это тоже древняя магия. Очень старая.

У меня похолодело в животе.

— Значит… Я и есть фейри?

— Да, если не считать запаха мира людей, который всё ещё ощущается на твоей коже. Ты действительно фейри.

Комната накренилась, мои ноги подкосились, и Делоре пришлось подхватить меня, чтобы я не упала.

— Ого, — пробормотала я, — да, ну совсем обыденная новость.

— Не вздумай упасть в этом наряде, — предупредила Делора. — Иди, сядь.

Я выставила перед собой руки и ухватилась за ближайший столбик кровати, затем подтянулась к нему. Комната закружилась, мир накренился вокруг своей оси. Я была фейри, и это означало… это означало. Видения, ночные кошмары, лихорадочные сновидения, чем бы они ни были.

Они тоже были реальными.

Во всей этой суматохе я почти забыла о них; мой мозг отодвинул их далеко-далеко на задний план, куда не могли проникнуть мои поверхностные мысли. Но слова Делоры выдернули их на передний план моего сознания, и я как будто снова оказалась там, слушая тот ужасный, скрипучий голос, который говорил мне… говорил, что моя жизнь была ложью.

— Ты в порядке? — спросила Бабблз. Она подплыла к тому месту, где я сидела. — Тебе нужна вода?

«Кто-то лжёт тебе, Кара, — сказал голос. — Кто-то очень, очень близкий тебе». Я уставилась на Бабблз, как будто смотрела сквозь, а не совсем на неё. Я почувствовала, как у меня перехватывает горло, приступ паники подступает к горлу, как изжога.

— Мне кажется, — прохрипела я, — я начинаю паниковать.

Бабблз сложила ладонь лодочкой, раскрыла её и выдула мне в лицо мягкую фиолетовую пыльцу. Я уже делала резкие, короткие вдохи, поэтому быстро втянула полную грудь пыльцы, и она защекотала мои лёгкие. Что бы это ни было, оно снова открыло мои дыхательные пути, позволило мне сделать глубокий вдох и задержать дыхание. Это самое важное.

Делора наблюдала за мной, приподняв брови и уперев руку в бедро.

— Это обычное дело? — спросила она.

— Дай ей минутку, ладно? — рявкнула Бабблз. Затем она посмотрела на меня. — Просто дыши, Кара. Дыши.

Бабблз что-то сделала со мной, наделила меня какой-то магией, которая помогла мне справиться с приступом паники, прежде чем он успел начаться. Это не совсем ново; она делала это раньше, и это срабатывало. Но от этого у меня всегда першило в горле, а в носу было такое ощущение, будто я вдохнула горсть листьев мяты.

— Спасибо, — сказала я Бабблз, когда ко мне вернулась способность говорить. Я всё ещё думала, мой разум всё ещё перелистывал страницы книги, написанной этими кошмарами наяву. Та больница, лица моих родителей, исцарапанные, словно сердитый ребёнок чиркал красным карандашом, и этот голос.

Этот ужасный, почти демонический голос.

Я никогда в жизни его не забуду.

— Ты в порядке? — спросила Бабблз.

— Думаю, да, — сказала я. — Просто нужно многое переварить.

— Я знаю, но мы справимся с этим. Я обещаю.

«Кто-то лжёт тебе, Кара. Кто-то очень близкий тебе».

— Да, — сказала я, сделав паузу. — Да, мы справимся.

— Значит, всё закончилось? — спросила Делора. — Мы можем продолжить приготовления? Церемония скоро начнётся.

— Хорошо, — сказала я, вставая. — Что ещё я должна сделать?

Делора подошла ближе, разминая пальцы.

— Тебе не нужно ничего делать, кроме как стоять здесь и не мешать мне.

Она положила свои тёплые тонкие ладони на мои щёки, затем провела пальцами по моему лицу. Должна признаться, мне было немного неловко стоять перед этой женщиной, которая выглядела как ангел, пока гладила меня по лицу. Я не была уверена, стоит ли смотреть ей в глаза, или в рот, или на подбородок. Вместо этого я сосредоточила взгляд на двери напротив её плеча.

Это показалось мне наименее пугающим видом.

— Что ты делаешь? — спросила я.

— Работаю, — ответила Делора, продолжая поглаживать моё лицо. Я почувствовала, как кончики её пальцев ласкают мою челюсть, шею, скулы. Затем она провела кончиками пальцев по моим губам, вверх и поперёк переносицы, лба и, наконец, к ушам. Всё это время мне приходилось бороться с желанием чихнуть.

Делора, наконец, убрала от меня руки и отступила на шаг. Она наблюдала за мной, всё ещё держа руки поднятыми, и кончики пальцев замерли у моего лица. Она напоминала художника, который проверяет свой холст на наличие изъянов. Если бы я была её холстом, она бы нашла не одну горсть изъянов. Я терпеть не могла, когда за мной так пристально наблюдали. Из-за этого я чувствовала себя незащищённой, ранимой, обнажённой.