Испытания. Земли Ордена полностью

— Ирал, сегодня ты очень, очень сильно уменьшил свои шансы на союз с нашим кланом. Тиарас, конечно, ещё остаётся у тебя в городе, и ты ей нравишься, но тебе придётся очень сильно постараться, чтобы загладить свою вину передо мной и всем кланом Хаутар.

Я равнодушно ответил:

— Если у одних шансы уменьшились, то у других повысились. Если нет никого, кто сказал бы, что они девятые, то неужели нет тех, кто занимает одиннадцатое место и не мечтает занять десятое?

Тарий скрипнул зубами и шагнул в портал.

Едва Путь погас, как я повернулся к Рагедону и приказал:

— Те големы, которых поставили у резиденции. Перенести их сюда. Поставьте прямо напротив портальной площадки, — топнул ногой. — Вот прямо здесь, полукругом. Чтобы следующие наглецы сразу видели их.

Рагедон кивнул:

— Понял, глава, — через миг добавил. — И формации ловушек. Постоянные. Возвести каменные колонны, добавить защиту якорей, активацию по амулету, так, чтобы следующих наглецов, которые попробуют унизить вас перед нами, мы могли сжечь дотла.

— Это было очень, очень впечатляюще, глава Ирал, — не дав мне закончить с Рагедоном, раздался сзади голос того, кого я точно не ожидал здесь услышать.

Тартакала.

Я обернулся.

— Мне помнилось, что ты сегодня должен быть на выходе.

— Вам верно доложили, глава Ирал, — улыбнулся Тартакал. — Ушёл с утра, но, только чтобы показать заместителю кое-что на месте. Дальше он сегодня сам. Повторю, глава Ирал, очень впечатляет. Они хотели испортить вашу репутацию, но только сделали её ещё невероятней. Слухи об этом разнесутся по всему Поясу, и у меня снова добавится соперников за добычу, — покачал головой Тартакал. — Хаутар многие недолюбливают.

Его похвала меня не тронула. У меня мысли были заняты другим. Мой змей, которого я уже приготовил… Нельзя ли с ним провернуть одно дело?

— А может, то на то и останется, глава Ирал. Потому как многие точно сегодня уйдут из Истока. Не все готовы к тому, что раз в три месяца город накрывают зоной запрета и начинают битву.

Я, слушая краем уха, тем временем сделал именно то, что и планировал — отправил прочь змея из своего тела через подошву сапога. И вбил в его голову приказ:

— Охраняй это место и защищай его от врагов.

Поглядим, сколько он может пробыть вне моего тела.

Уже сделав шаг прочь, мне в голову пришла ещё одна мысль: «А как он понимает именование 'враги?»

Пожалуй, я немного, до вечерней смены стражи площади, побуду невдалеке. Просто так, на всякий случай. Чтобы на первых порах лично понаблюдать за моим змеем.

— Так вот, глава Ирал, — вот уж кто не упустил шанса, так это Тартакал, словно невзначай пристроившийся в шаге слева. — Сначала я, конечно, приуныл, когда понял, сколько вольных валит в Исток, но потом поглядел и понял, что мне и моим ребятам вполне себе хватает для заработка. А тут ещё и отсеявшиеся после экзамена к вам, глава Ирал, появились. И на их счёт у меня есть к вам разговор.

Я вздохнул. Что ж, Леград, вот тебе очередное напоминание, почему нужно пореже выходить за пределы квартала семьи. Здесь тебя поджидают не только из кланов.

Я вздохнул и замедлил шаг. Похоже, никакой вечерней тренировки у меня не будет. Снова.

Восприятие ясно показывало мне, что на первом этаже резиденции стоит, ровно посередине зала, Бахар. И просто так стоять там мой советник не может.

Когда-то давно, очень давно, Мириот — глава ватаги Волков — говорил мне, что семья тянет идущего вниз, не давая идти по дороге Возвышения: забирает время, нагружает проблемами и делами. Тогда я, погружённый в мрачные мысли о Лейле, думал, что он говорит именно о семье — родителях, жене, детях и прочих.

Сейчас, как глава семьи Сломанного Клинка, я уверен — он говорил о многом большем, чем жена и дети. Он говорил вообще обо всех, кто положился на тебя и вручил тебе заботу о себе.

Мириот, по сути, сбежал от всего этого. Устал. В том походе в Миражный он сбросил с себя бремя заботы о Волках, переложил его на сына, оставив возле себя лишь самых верных. Тех, кто, как и он, были готовы бросить все и шагнуть вперёд, оставляя старую жизнь в Первом поясе.