Сдержав вздох, Ира решительно потащила подругу обратно в офис. Это Аньке за опоздание ничего не будет, а Ире Чернов обязательно напомнит про безответственность. Надо и впрямь заняться документами, чтобы у Анохиной было поменьше поводов гавкать. Ни на кого не глядя, Ира пробралась на своё рабочее место и принялась сочинять отчёт.
– Ирина, – громыхнул Чернов, воздвигаясь над столом и заслоняя свет потолочных ламп. – Нужно составить расписание дежурств на период активности нежити, а именно – с субботы и до двадцать первого июня включительно. Принцип следующий: в любое время суток в офисе должен быть кто-то из старших офицеров, не связанных, гм, транспортными проблемами. Младших допустимо поставить кому-то в пару, особенно если есть… основания сомневаться, – он красноречиво покосился на Оксанин стол. – Учитывайте текущую загрузку, она вам известна. Смена длится двенадцать часов. Черновик жду через час.
– Хорошо, – смиренно кивнула Ира. – Сколько дней на отдых после смены?
– Не больше полутора суток, – раздражённо отрезал Чернов. – Вы в состоянии умножить двенадцать на три?
И правда, лопухнулась. Старших в отделе четверо, посчитать-то несложно.
– Я поняла. Сейчас сделаю…
Ира развернула чистую таблицу. Итак, в наличии трое контролёров, освоивших пространственную магию; хотя это, наверное, не слишком важно – какова вероятность, что они успели заранее перебывать во всех точках, где примется буянить нежить? Машины есть у всех старших, так что большой разницы нет. С текущей загрузкой сложнее: вроде как все заняты по уши, а куда деваться? Ира разметила на листе смены и задумчиво воззрилась на экран. Ну и что дальше?
– О, дежурства составляешь? – весело поинтересовалась Оксана, бесцеремонно сунув нос к Ириному монитору. Она вместе с младшими офицерами только что вошла в кабинет и принесла с собой запах сладких духов. – Запиши меня на утро воскресенья, я в субботу не смогу.
– А меня вместе с Ксюшей, – прибавил Макс. – Я в зимнюю с Мишкой дежурил – никакой пользы, он сам всё делает.
– Мне кажется, Миша – хороший напарник, – мягко заметил Бармин.
Ну вот тебя к нему и припишем… И поставим на вечер воскресенья, а то вдруг Старов не успеет очухаться после тоника? Чернов как самый опытный пусть открывает всю эпопею. Зарецкому, наверное, всё равно, раз сидит молча. Получится у них по сорок часов в неделю при такой раскладке, или это не обязательно?.. А, ладно, с этим пусть разбираются сами. Ира сохранила файл, отправила его Чернову и вернулась к отчёту. Через пару часов уже сдавать, а конь и не думал валяться…
– Я внёс некоторые правки, – важно возвестил Чернов. – Коллеги, посмотрите, есть возражения?
– Нет, – моментально откликнулся Зарецкий.
– Ты даже не смотрел!
– Меня любой расклад устраивает.
– А у нас с Ксюшей дежурство прямо в мой день рождения, – проныл Макс.
– Уважительные причины переставить смену имеются? – ядовито поинтересовался Чернов, выделив голосом первое слово.
– Ну чего ты вредничаешь, Кость, перекинь Макса на другой день! – укоризненно попросила Тимофеева.
– Нет уж. Я буду дежурить в свой день рождения и преисполняться чувства ответственности, – похоронным голосом заявил Некрасов.
– Это я виновата, – запоздало призналась Ира. – Я так поставила…
– Тогда тем более оставь! – Макс откинулся на спинку кресла и заговорщически подмигнул.
– Больше ни у кого нет личных, семейных и религиозных праздников? – грозно поинтересовался Чернов.
– У меня могут появиться религиозные, – гоготнул Макс. – Но я предупрежу, если что.
Чернов смерил его уничтожающим взглядом и громко клацнул мышкой, ставя точку в разговоре.
– Всё, отправил шефу. Надеюсь, вы сможете придерживаться графика, а не как в прошлый раз…
– Как все прошлые разы на моей памяти, – хмыкнул Зарецкий. – Успокойся, Кость, всё равно будет бардак.
Чернов нахохлился, сразу обретя сходство с большой сердитой вороной, но ничего не сказал.
К Анохиной Ира спустилась без двадцати шесть, прижимая к груди распечатанный отчёт. Долго собирала остатки храбрости, прежде чем открыть дверь, и зря: у начальственного стола уже торчала чья-то спина. Пришлось занять наблюдательный пост рядом с кабинетом, обозначая своё присутствие и готовность бороться за место в очереди. На него, впрочем, никто не претендовал; лишь изредка мимо пробегали незнакомые служащие, не проявлявшие к Ире никакого интереса. У правопорядка есть хотя бы банкетки, а здесь голый коридор; может быть, специально, чтобы народ не задерживался…
– У Натальи Петровны тяжёлый день, я смотрю, – светским тоном заметил вынырнувший из ниоткуда Зарецкий.
Ира с трудом сохранила нейтрально-доброжелательную мину. Нанялся он, что ли, хвостом за ней ходить? В руках какая-то бумаженция; может, и по делу явился… И наябедничать заодно. Ну и ладно, ну и пожалуйста…
– Давай я тебя пропущу, – любезно предложила Ира и, не удержавшись, прибавила: – Мне, похоже, надолго.
– О нет, я подожду, – гляньте только на него, сама учтивость! Встал в паре шагов, вроде бы ничего такого, но путь к лифтам преградил. – Отчётность?
