Въ отношеніи метода преподаванія онъ придерживался по возможности программы, но иногда отступалъ отъ нея, находя, что она слишкомъ сложна. Долгій опытъ научилъ его, что знаніе — ничто, если оно плохо усвоено и не ясно понято, и если его нельзя приложить непосредственно къ длу. Поэтому, не устраняя вполн книги, которая оставалась основой преподаванія, онъ отводилъ много времени устнымъ объясненіямъ и старался оживить всякій урокъ, сдлать его интереснымъ и забавнымъ. Въ этихъ упражненіяхъ вполн проявлялся его врожденный талантъ преподаванія; онъ былъ неистощимъ въ своихъ словесныхъ объясненіяхъ и умлъ сблизиться съ ребятами, встать на ихъ точку зрнія, быть и старшимъ товарищемъ, и другомъ. Пережитыя страданія и тяжелая борьба точно просвтили его душу и научили его понимать дтскіе умы и дтскія души; онъ радовался ихъ стремленію къ знанію и восхищался постепеннымъ развитіемъ этихъ чистыхъ, неиспорченныхъ молодыхъ отпрысковъ. Маркъ не только училъ ихъ, но и забавлялся съ ними, какъ равный; онъ охотно притворялся, что забылъ буквы, чтобы снова выучивать ихъ вмст съ учениками, повторяя ихъ шестилтнимъ малышамъ. Тотъ же самый пріемъ онъ употреблялъ и въ географіи, ариметик, исторіи и грамматик; онъ открывалъ невдомыя страны, постепенно, шагъ за шагомъ, подвигался на пути науки, обращаясь за помощью къ самимъ учащимся и радуясь, если имъ удавалось вмст установить какой-нибудь законъ природы; такой способъ преподаванія необыкновенно заинтересовывалъ дтей, урокъ казался имъ веселе всякой забавы, и они обожали своего учителя, какъ самаго преданнаго товарища. Отъ дтей можно всего добиться, если къ нимъ относиться съ искренней симпатіей; ихъ надо любить, и тогда всякое преподаваніе будетъ понятнымъ и доступнымъ. Потомъ Маркъ старался, чтобы они примняли свои знанія къ практической жизни. Онъ ходилъ съ ними въ поле, объяснялъ земледльческія работы, посщалъ кузницы, слесарныя заведенія, постройки, знакомилъ ихъ со всми отраслями ручного труда. Гимнастику онъ вводилъ въ игр, и все свободное время употреблялось на физическія упражненія. Маркъ внимательно вникалъ въ жизнь своихъ учениковъ, входилъ въ самыя мельчайшія событія и старался справедливо разсудить ихъ взаимныя недоразумнія и ссоры; его приговоры обыкновенно принимались и той, и другой стороной, такъ какъ ученики безусловно довряли его справедливости, а онъ пользовался этими случаями, чтобы развить ихъ нравственныя понятія, и посредствомъ любви приводилъ дтей къ познанію истины. Ребенокъ, которому никогда не лгутъ и относительно котораго всегда поступаютъ справедливо, развивается въ разумнаго, ласковаго и здороваго человка. Маркъ съ особеннымъ вниманіемъ относился къ каждой книг, къ каждой картин, которую онъ давалъ въ руки учениковъ. Большинство, даже самыхъ лучшихъ, книгъ содержатъ нкоторую, вошедшую въ обычай, ложь, въ особенности относительно историческихъ событій. Онъ избгалъ каждой фразы, каждаго слова, которое не было понятно ученику, а тмъ боле всякой вымышленной легенды, всего, что возбуждало бы въ дтяхъ ложный патріотизмъ.
Маркъ и Женевьева проработали такимъ образомъ четыре года, стараясь исполнить свой долгъ, въ тишин и согласіи. Дти вступали въ школу и выходили изъ нея, и Маркъ часто говорилъ, что пятидесяти лтъ упорнаго труда достаточно, чтобы пересоздать весь свтъ, если каждый ребенокъ, вышедшій изъ школы, вынесетъ въ свтъ истинныя понятія о добр и справедливости. Конечно, четыре года труда не могли еще дать особенно блестящихъ результатовъ, но кое-что благопріятное было уже достигнуто, и смена, брошенныя въ плодородную почву, пускали здоровые ростки.
Сальванъ, получивъ отставку, поселился въ Жонвил, гд у него былъ домикъ, полученный имъ въ наслдство. Онъ жилъ небольшой рентой, занимаясь культурой цвтовъ, вдали отъ свта. Въ его садик была бесдка изъ клематисъ и розъ; тамъ стоялъ большой каменный столъ, и около него по воскресеньямъ собирались друзья, бывшіе воспитанники нормальной школы, и проводили время въ братской бесд. Маркъ постоянно навщалъ его, и для него было особенно пріятно встрчать тамъ учителя его прежней школы въ Мальбуа, который давалъ ему свднія о его класс, объ успхахъ его бывшихъ учениковъ. Новый учитель, Жули, былъ блокурый, добрый, энергичный человкъ, преданный своему длу; отецъ его былъ чиновникомъ, но онъ не хотлъ тянуть неблагодарную лямку чиновничьей службы, видя, какъ страдалъ всю жизнь его отецъ. Жули былъ однимъ изъ лучшихъ учениковъ Сальвана; онъ вносилъ въ преподаваніе самыя широкія, гуманныя начала и всякое знаніе подтверждалъ опытомъ. Въ Мальбуа онъ пользовался большимъ успхомъ, благодаря прирожденной ловкости; онъ умлъ незамтно провести свои взгляды и разстроить вс интриги, которыя противъ него устраивали клерикалы. Онъ только что женился на дочери учителя, и его жена, веселая и ласковая блондинка, оживляла школу своимъ беззаботнымъ смхомъ.
Въ одно изъ воскресеній Маркъ, придя къ Сальвану, засталъ его въ бесд съ Жули, подъ роскошными сводами клематиса. Оба разсмялись, завидя Марка.
