Когда Маргарет замолчала, размышляя о том, не забыла ли она ещё кого-нибудь упомянуть, вместо нее заговорил Бенедикт.
— Джейн, если ты уже достаточно отдохнула от дороги, то я хотел бы предложить тебе проехаться в открытой коляске и посмотреть улицы Лондона. Здесь есть много интересных мест. А в конце мы могли бы прогуляться по парку Кью. Там высажено множество прекрасных оранжерей и экзотических растений. Что скажешь? Хочешь посмотреть город?
Джейн немало удивилась такому неожиданному предложению мужа. Неужели он хотел помириться? Нет, она не будет отказываться от этого предложения.
— С большим удовольствием! — ни сколько не лукавя, ответила она.
Ей одинаково сильно хотелось посмотреть город, и наладить отношения с Бенедиктом, тем более, что сама была виновата в существовавших между ними напряжённых отношениях. Как бы она не относилась к нему, при этом не хотела ссориться с ним.
— Ну конечно же съездите! — радостно воскликнула Маргарет. — Ах, я как сейчас помню, как сама первый раз увидела Лондон. Хочу отметить, что тогда он был намного грязнее чем сейчас, но даже во всем своем непрезентабельном виде он произвел на меня сильное впечатление. А сколько здесь великолепных и блистательных домов! Дорогой, ты ведь можешь показать Джейн дворец Хэмптон-Корт, его как раз замечательно видно с окраин парка.
— Обязательно воспользуюсь твоим советом, — согласился он. — Тогда можно сразу же после завтрака отправиться на прогулку.
Джейн утвердительно кивнула.
Бенедикт остался чрезвычайно доволен, что Джейн захотела проехаться с ним. Всё таки мать была права, вражда — не самый лучший способ добиться расположения жены.
Чуть ли не с открытым ртом, Джейн, как маленький ребенок рассматривала дома и улицы Лондона. Особенно ее поразили витрины магазинов, которые пестрели от разнообразия различного товара. Проезжая мимо богатых домов или интересных мест, Бенедикт подробно рассказывал ей, кто их владелец и какова история появления достопримечательностей. Джейн с большим интересом слушала его. Помимо множества домов, ее удивляло и количество людей, находящихся на улице. Здесь по настоящему было не протолкнуться. Да и ездившие туда-сюда экипажи создавали ещё большую суету. Бенедикт пояснил, что с началом сезона многие устремлялись в столицу и город становился похож на настоящий муравейник.
Перед тем как отправиться в парк, Бенедикт приказал кучеру остановиться у кофейни, чтобы они могли перекусить перед долгой прогулкой. Там они выпили чаю и съели по пирожному. Джейн в первые находилась в подобном месте. В тот самый единственный раз, когда она посещала Лондон, кроме как на балу больше нигде и не была. Пару раз они принимали знакомых отца, а потом сами съездили к ним с ответным визитом. Сейчас же Джейн увидела настоящий Лондон, с его суетой и спешкой.
Парк оказался по истине великолепным. Вместо прямых широких дорожек, здесь были извилистые и узкие тропинки. Они огибали красивые пруды, питомники и оранжереи. В воздухе витал сладкий запах цветов.
Наслаждаясь все этой красотой, Джейн собиралась поговорить с Бенедиктом. Ей было не просто начать столь деликатный разговор, но и молчание служило не самым лучшим выходом из сложившейся ситуации.
Вышагивая под руку с мужем, она наконец решилась.
— Бенедикт, я хотела поговорить с тобой и извиниться за тот вечер. Прости меня. Мне очень неловко перед тобой за свое поведение. Я думаю, ты понимаешь, о чем я говорю.
Хотя он не произнес ни слова, но по напрягшимся мышцам руки, быстро поняла, что это так.
— Я прекрасно осознаю, в чем состоит мой долг и чего ты хочешь от меня, и так же знаю, что ты не заслужил подобного отношения к себе. Ты даже имеешь полное право обратиться в суд и попросить расторгнуть наш брак, — Джейн резко замолчала, решаясь произнести следующие слова. — Но я хотела попросить тебя ещё немного подождать. Я и сама не предполагала, что всё так получится. Пожалуйста, дай мне время привыкнуть к тебе. По-настоящему привыкнуть.
Бенедикт какое-то время молчал. Джейн не смотрела на него, но кожей чувствовала его волнение.
— Хорошо, я сделаю как ты просишь.
— Спасибо тебе, — подняла она на него глаза и благодарно улыбнулась.
Бенедикт поймал ее взгляд и в отличии от нее, улыбнулся совсем не довольной улыбкой.
То, что Джейн заговорила с ним на подобную тему, не могло его не радовать, но вот она так и не озвучила, сколько ему предстоит ждать. Неделю? Две? Месяц? А может год? А что если это была уловка, чтобы избежать близости с ним? Бенедикт, конечно, мог напрямую задать вопрос о времени, которое ей потребуется, чтобы привыкнуть к нему, но что-то подсказывало ему, что она не назовет точной даты.
Своей просьбой Джейн поставила его в заведомо невыгодное положение. Он теперь не мог от нее что-то требовать, при этом они могли сохранить дружеские отношения. Дружеские! Это слово больше всего бесило Бенедикта. Он хотел в первую очередь стать для нее любовником, а не другом! Но заяви он, что не собирается ждать, этим ещё больше оттолкнет ее. А ему это нужно было меньше всего. Лучше плохой мир, чем хорошая война.
