— И сильно. То, что тебя оставили с ним наедине, делает тебя практически фавориткой.
Я роняю приборы на стол и сжимаю виски.
— Я ничего не делала! Просто стояла, ответила, как зовут. Я правда ничего не делала.
— Ты дерзишь, даже если ничего не делаешь, — он качает головой. — И этим ты выделяешься.
— И что мне теперь, пальцы ему лизать, когда прикажет?!
— Да, — морщится ректор. — Улыбаться, быть милой, скучной. У него было много женщин. Он собирает необычных, тех, что выделяются. Подходишь по внешним параметрам, но ты пока что в цветнике. Вы все необычные, и это делает вас обычными на фоне друг друга. Характер тебя сдаёт.
Я сглатываю. Выходит… взгляды других девочек, были… Ох, они не понимали, что я вытворяю и зачем привлекаю внимание? Выходит, они вовсе не были расстроены тем, что я «отбила кавалера», их испугало то, что со мной будет. Случилось…
Вспоминаю, как Магда быстро смешалась с толпой. Она знала, что делает, сразу стала «своей». Мне нужно было поступить так же.
Стоп, но там была вторая девушка? Он не посмотрел на неё из-за полноты? Или слишком зациклился на мне?
Когда ты яркая, спрятаться можно только среди ярких…
Голова разболелась.
— И… что мне теперь делать? — поднимаю взгляд на ректора.
— Учиться. Ублажать императора в том числе.
Учиться что?! Я роняю вилку, которая со звоном падает на тарелку.
— Ты сейчас серьёзно? И кто же будет главным учителем? Ты?
Уголок его рта поднимается. Ему явно нравится моя реакция… Или моя идея?!
— Ты слышала императора, — ухмыляется он. — Я несу за тебя личную ответственность.
— Да неси что угодно! Но подальше от меня, — вырывается у меня, и я окончательно теряю аппетит.
Просто все те картинки, которые внезапно вспыхивают в моей голове и отражают слова: я, император и ублажать, совсем не способствуют желанию поесть. Даже подташнивать начинает.
— Увы, шпилька, — он сочувственно пожимает плечами, но, по-моему, ему совсем не жаль. — Но приказ правителя не оспаривается.
Закатываю глаза и откидываюсь на спинку стула. Я просто обязана найти способ вот этого вот всего избежать.
— А насчёт императора, — продолжает мой личный надзиратель. — Вместе с правилами, от зубрёжки которых я тебя, кстати, освобождаю только на сегодня, ты должна знать, что он любит. Чтобы твоё поведение не делало тебя мишенью для охотника. Хотя… Да, ты уже опоздала.
Он встаёт из-за стола и окидывает взглядом комнату. Принюхивается, а затем морщится.
— Я не люблю кошачьих, поэтому настоятельно советую держаться от них подальше.
Я замираю. Проклятье… Неужели почуял? Может он тоже какой-то оборотень? Надеюсь, не поймёт, что это не просто кошка… То есть кот.
— А, по-моему, они лучше, чем многие другие животные, — язвительно отвечаю я, сама не зная с какой целью пытаясь его задеть. — А тем более люди.
И неважно, что Саймон не человек. Но как кот он очень… мягкий.
Получаю в ответ ещё одну ухмылку в стиле «я тебя предупредил», и наконец-то остаюсь в одиночестве.
Ненавижу. Всех их ненавижу. Всю академию. Эти лиловые волосы. С усилием тру метку на руке — а вдруг её можно стереть? В голове мелькает мысль: а если выжечь? Вырезать? Зарисовать? Можно ли так избавиться от метки?
Потом сама же себе даю ответ на эти вопросы: было бы всё так просто, цветника бы не было. Ложусь на кровать, отворачиваюсь к стенке и подтягиваю колени к груди.
Я обязательно разберусь со всем этим. И с ректором, с его глазами, в которых можно себя потерять. И с его запахом кофе и пряности, которые до сих пор наполняют комнату. И с иррациональным ощущением спокойствия и уверенности, которые пропадают сразу же, как он отдаляется от меня.
Лежу так долго без движения, что в определённый момент проваливаюсь в беспокойный сон, который затягивает как паутина, но не полностью, а будто бы оставляя на грани сознания. Он заставляет вспомнить и в полной мере прочувствовать все последние события, переплетает их в замысловатых кошмарных вариантах, делая всё ещё хуже и удушливей.
Я умудряюсь выплыть на поверхность, чтобы сделать глоток реальности, дважды: когда кто-то приходит и забирает еду, и когда вваливается соседка, ни капли не беспокоясь о том, чтобы быть потише.
Утро оказывается действительно добрым. Потому что наконец-то заканчивает череду сновидений и даёт надежду на то, что новый день будет хоть чем-то, но лучше. По крайней мере, императора в нём точно не будет.
Ёжась от утренней прохлады, я принимаю душ, забираю свои волосы в высокий хвост и, решая не будить соседку, отправляюсь искать столовую «для избранных». Благо дело в этот раз долго блуждать не приходится, потому что практически сразу встречаю ту самую блондинку, до которой император так вчера и не дошёл.
— Привет! — она обеспокоенно смотрит на меня. — Ты… как?
Так, судя по всему, особо сильно о последствиях моего «общения» с императором никто не распространялся. Это и к лучшему. Что там надо? Мимикрировать?
— Если не хочешь — не рассказывай, — она делает свои выводы из моего непродолжительного молчания. — Как жаль, что мы не успели тебя предупредить.
