– Ох уж мне это иератическое письмо! Не могли они что поприличнее выдумать, а тут… шесть значений, в зависимости от сочетаний!
– Радуйся тому, что есть. Записал, все?
– Да. И хранить можно бы в лаборатории…
– Чтобы их кто-то из твоих подопечных уничтожил?
Берт опознал обоих говорящих. Брат Винс и брат Тома, он их регулярно видел в храме. Правда, реже, чем других служителей…
Подопечных?
Уничтожил?
– Ладно-ладно, – брат Тома вернул на место свиток и сунул свои записи в карман рясы. – Пойдем, сегодня еще много дел.
Мужчины развернулись и вышли. И только минут через десять Берт осмелился вылезти из-за сундука.
Только вот место тайника он запомнил. А как его открыть, так и не понял. Разве что ломиком, но… тогда скрыть ничего не удастся. Надо почаще приходить в библиотеку, может, он и поймет что-то?
Тайник!
И секретные дела!
Как тут устоять мальчишке?
Через четыре дня после покушения, когда синяки и ссадины начали подживать, Мария решила отправляться обратно, во дворец.
Она понимала, что покоя ей там не будет, что ее там ждут и супруг, и Эрсоны, но…
Еще там ее ждет королевская библиотека.
В монастыре она нашла не слишком много о Многоликом. Так, огрызки, обрывки, сказки, а ей нужно было кое-что еще. Важное.
Вот она может стать гюрзой. А Анна?
Марии предстояло решить очень сложный вопрос. Посвящать ли дочку в свою тайну. Попробовать дать ей второй облик или нет? И если да, то это делается ДО или после совершеннолетия? Сейчас можно или лучше позднее? Лет в восемнадцать?
Но если Мария не доживет?
Желающих ее убрать будет много. Второй облик может дать Анне шанс выжить, а Мария промолчит?
Как же лучше?
Женщина пока не знала. Ей нужна была информация, и она ее получит. А муж, его любовница и прочие интриганы…
Мария злилась.
Он сама не понимала, но гюрза… это ведь не просто змея. Это в чем-то и образ мыслей, и действий. Она не замечала, что ее движения стали более плавными и грациозными, не видела, что становится более гибкой и быстрой. За собой вообще не замечаешь, а другие… если эрры что-то и подмечали, то списывали это на отдых.
Уехала ее величество, вот и расслабилась. Во дворце-то надо с осанкой, медленно, и не ходить, а выступать. Вот и незаметно.
Опять же, во дворце платья какие пышные, а в монастыре так нельзя, тут скромнее надо, ну а меньше тряпок – легче движения. Все закономерно.
Мария еще не знала, что вторая ипостась сильно меняет своего хозяина. Ей предстояло это еще выяснить. А пока – домой! Во дворец!
Диана лежала в ванне.
Да, ей это безумно нравилось.
Горячая вода, благовония, растекающиеся пленкой по поверхности, служанка с намыленной тряпочкой, готовая мыть свою хозяйку – чего еще надо?
Лежать так и ни о чем не думать. Вообще ни о чем.
Смотреть на огни свечек, представлять себя королевой. Вот она, в зеленом платье, на троне, в короне, с высокой прической… и рядом – Иоанн!
Картинка мигом потеряла половину своей привлекательности. Да что там, почти всю!
Диана, увы, не любила короля. Алесио правильно определил ее характер. Власть ей нравилась, и положение при дворе, и мысль, что она может, и она будет, и она…
Королева!
Ах, КАК это звучит!
Ее величество Диана!
Восхитительно!
И между ней и троном стоит только одна вредная и занудная баба! Ее величество Мария!
Вот не могла она умереть пораньше! Надо бы вообще принять закон, который запрещает старым и противным женам удерживать возле себя мужей! Не можешь ты больше родить? Ну и уступи место тем, кто может!
Диана точно может! Она… так, об этом не надо. И вспоминать не надо, и думать не надо.
Она осталась невинна, слава Триаде, и невинность эту потеряет только с законным супругом. Повезло. Просто повезло.
С Иоанном.
Так себе радость. Но – власть. И сколько ему еще жить осталось? Лет пять? Десять? Больше вряд ли, а потом у Дианы будет всё! Свобода! Регентство! Ну и мужчины, конечно, надо просто немножко подождать.
Дверь хлопнула, и в комнату вошла кузина Эсси. Так-то Эсмеральда, но кто и когда ее так называл. Невысокая, кругленькая…
– Ди? Купаешься?
– Да.
– Давай я тебе помогу. Отошли эту дуру!
Диана перевела ленивый взгляд на служанку и сделала жест рукой, словно выбрасывала что-то за порог.
– Пойди прочь.
Служанка вылетела за дверь, словно ее пнули. Диана медленно поднялась из воды, блестящая, вся в капельках воды, вся розовая…
– Помогай, – лениво сказала она.
Эсси послушно намылила тряпочку и принялась оттирать кузину. Медленно, неспешно, будто лаская распаренное тело.
Или – и правда лаская?
Служанку удалили очень вовремя, потому что спустя полчаса из-за двери спальни Дианы Эрсон послышались вполне недвусмысленные звуки. Да-да, Диана была и оставалась очень страстной натурой, тут эрры угадали точно. И сдерживать свои порывы ей было все сложнее и сложнее, с каждым днем. И кузина, у которой тоже хватало темперамента, и были такие же противоестественные наклонности, помогала ей. Даже с радостью помогала.
Они ведь…
