Вместе со мной он выскочил в коридор, выпаливая на бегу:
— Я за своим плащом, скоро буду, не суйтесь в драку… и скажи Йехару, что он покойник!
Я понятия не имела, какая сейчас ситуация снаружи, а потому могла застать Йехара уже покойником. Алхимик это знал, но тона не сбавил. Он так и сыпал ругательствами, пока удалялся по коридору, из ругательств следовало, что если рыцарь не доживет до прихода Веслава — то тот всласть поиздевается над рыцарским трупом.
Но Йехар был жив. Когда я домчалась обратно, они с Эдмусом и Тео как раз держали круговой совет, из которого я услышала лишь громкое отчаянное:
— Полная глупость!
Потом все обернулись и взглянули на меня.
— Порядочек, — бодро сообщила моя персона, — Химическое оружие скоро будет. Йехар, тебе просили передать вот это.
И я провела пальцем по горлу. Тео вздрогнул, Йехар задумчиво кивнул.
— Взгляни на них, — призвал он.
Из дверей базы вслед за мной один за другим посыпались повстанцы. Все вооруженные. За группой повстанцев вылез Мандрил и сразу же полез командовать: переставлять вояк с места на место и кричать, чтобы закопались в песок для маскировки.
— Глупость! Это глупость! — надсаживалась Виола, которая уже вернулась в свое нормальное состояние, только волосы были подпалены, наверное, в память о хвосте. — Мы же не знаем, с чем мы столкнемся! На черта бросать их в открытый бой?
Мандрил выдавал какие-то фразы о том, что вечно прятаться нельзя и пора встречать судьбу лицом.
— Или тем, что у него фиолетовое, — мстительно заметил Эдмус. — Йехар, да ты опять скорбишь? Брось, пошли скорбеть на кухню! Поплачемся там самым лучшим образом, пока здесь будут идти процессы естественного отбора… тьфу, от Шукки нахватался, и когда успел?
Тео при упоминании о Шукке совершил такое движение, будто и правда хотел вернуться на базу. Я заметила.
— Что вообще ты тут делаешь, Тео?
— Жду, пока мой наставник отдаст распоряжение, — признался архивариус, — где я должен быть.
Виола и Мандрил старались переорать друг друга почти с такой же страстью, как и во время их недавней разборки, хотя на личности еще не переходили. Если триаморфиню сейчас кто-то и волновал, то это был не Тео.
— Тебе лучше вернуться на базу, — заметил странник, — что-то подсказывает, что всем нам лучше было бы поступить так, но мы не можем бросить повстанцев в таком положении…
— В каком положении? Эдмус, ты что-то видел?
— Каких-то тварей ростом тебе по пояс, — признался спирит. Он задумчиво парил в паре метрах над землей. — Вроде ящериц на задних лапах, только рычат по-собачьи.
Ближайший к нам повстанец, которого Мандрил только-только определил на боевой пост, вдруг издал отчаянный жабий крик:
— Это бульзавры! Квараул!
И вознамерился дезертировать с поля будущего боя, уже как Ыгх. Но Виола была тут как тут и вовремя подхватила универсального морфа воздушным арканом.
— Повтори, кто?
— Бульзавры, квак вам по всем местам! Жуткие твари, с-типы, сжирают все подряд, что не сожрут — затопчут, а у него их много, а-а, пусти меня, я жить хочу!
Виола, досадливо махнув рукой, убрала чары и вернулась к Мандрилу. Она рассудила, что переорать его все равно не получится, теперь они вместе пытались расположить повстанцев на самых выгодных боевых позициях. Тео попытался было задать своей наставнице какой-то вопрос, но Виола отмахнулась и от него тоже.
— Буль-завры? — повторил Эдмус удивленно. — Это что они, как Ольга, по стихии воды?
В этот момент на том холме, с которого ожидалось нападение, показалось с полсотни непонятного вида тварей. Ростом действительно сантиметров под восемьдесят, передвигаются на двух лапах, передние прижаты к груди, окрас… белый с редкими черными пятнами, и какие-то странные, по питерским паркам знакомые морды, на которые так и хотелось напялить намордники. Твари довольно быстро двигались в нашем направлении и наполняли воздух неприятным визгливым рычаньем.
— Помесь бультерьера и динозавра, — определила я почти безошибочно, присмотрелась к клыкам и уточнила: — И динозавр-то был не травоядным!
Аномалы, которые были уже ко всякой пакости привычны, дали дружный залп из своих излучателей. Пара бульзавров зловеще чихнули в ответ от холма. Не упал никто. Такое ощущение, что повстанцы бездарно мажут.
— Целиться точнее! — заорал где-то слева Мандрил, по бульзаврам дали еще один залп — и с тем же результатом. Нет, соврала: эффект был: твари прибавили скорость, буквально летя на нас кусачей лавиной со склона холма.
В этот момент из базы выскочил Веслав, в боевом одеянии и со словами:
— Рыцарь, прощайся с жизнью!
Йехар в ответ на это поднял руку и показал на нашу главную проблему, которая теперь была уже метрах в восьмидесяти.
— Потом убью, — определился алхимик, вытаскивая пузырьки из карманов. — Закройте глаза!
Он крикнул это как раз в тот момент, когда я наносила холодовой удар на максимальную дальность, какую могла. Виола в этот миг ударила по стихии воздуха, и ей тоже пришлось бить с закрытыми глазами…
Рычанье смолкло. Примерно на секунду, потом раздалось вновь, а голос алхимика озабоченно произнес нехорошее слово.
