Эленд строчил письмо. Сэйзед читал, как и один из писцов Эленда – бывший поручитель. Под взглядом рожденной туманом он слегка съежился в своем кресле – знал, что Вин ему никогда не доверяла. Священники не должны быть веселыми.
Ей не терпелось рассказать Эленду о Дему, но что-то останавливало. Вокруг столько народу, а у нее пока не было никаких доказательств – только предположения. Вместо этого Вин принялась разглядывать книжные стопки.
В комнате царила унылая тишина. Тиндвил сидела с чуть тусклыми глазами – видимо, изучала какую-то древнюю биографию, взятую из метапамяти. Даже Хэм читал: листал то одну, то другую книгу. Вин чувствовала себя не в своей тарелке настолько, что подумала о заметках, посвященных Бездне и Герое Веков, но не заставила себя вытащить их.
Рассказывать про Дему сейчас было нельзя, зато про другое свое открытие…
– Эленд, – тихонько позвала Вин, – мне нужно кое-что тебе сказать.
– Хм?
– Когда мы с Ор-Сьером ужинали, я слышала разговоры слуг. За последнее время заболели очень многие из их знакомых. Думаю, кто-то химичит с нашими припасами.
– Да, – не переставая писать, откликнулся Эленд. – Знаю. Несколько колодцев в городе отравлены.
– Правда?
– А разве я не рассказал, когда ты наведалась ко мне чуть раньше? Мы с Хэмом как раз оттуда вернулись.
– Ты ничего не сказал.
– А мне казалось… – Бывший король нахмурился. – Извини, – добавил он.
Выпрямившись, Эленд на несколько секунд оторвался от письма, поцеловал Вин и снова вернулся к работе.
«Предполагается, что поцелуй все исправит?» – угрюмо подумала Вин, усаживаясь на стопку книг.
Глупо, конечно: с какой стати Эленд должен ей мгновенно обо всем сообщать? И да, разговор пробудил в ней странное чувство. Раньше он бы обязательно попросил ее что-нибудь придумать. Теперь, похоже, он все решил делать самостоятельно.
Сэйзед со вздохом закрыл фолиант:
– Ваше величество, я перечитал ваши законы уже больше шести раз и не могу отыскать ни одной лазейки.
– Этого я и боялся. Единственное преимущество, которое можно выжать из закона, – сознательно его переврать. Чего я никогда не сделаю.
– Вы хороший человек, ваше величество, – продолжал Сэйзед. – Если бы вы увидели в законе пробел, то обязательно заполнили бы его. А даже если бы вдруг и пропустили, по вашей просьбе недостаток заметил бы кто-нибудь из нас.
«Он разрешает им звать себя „ваше величество“, – подумала Вин. – Он ведь пытался это прекратить. Почему разрешает теперь?»
Странно, но Эленд наконец-то начал считать себя королем именно после того, как трон у него забрали.
– Подожди. – Взгляд Тиндвил вдруг прояснился. – Ты читал этот закон до его принятия, Сэйзед?
Террисиец покраснел.
– Читал, – ответил за него Эленд. – Вообще-то, предложения и идеи Сэйзеда очень помогли мне в создании ныне действующего кодекса.
– Понятно, – произнесла сквозь зубы террисийка.
– Тиндвил, тебя на эту встречу не приглашали, – нахмурился Эленд. – Тебя на ней терпят. Твои советы высоко ценятся, но я не позволю оскорблять друга и гостя в моем доме, даже если оскорбления непрямые.
– Прошу прощения, ваше величество.
– Прощения проси не у меня, у Сэйзеда, или тебе придется покинуть это совещание.
Тиндвил секунду сидела, потом поднялась и вышла из комнаты. Эленд не выглядел оскорбленным. Он просто вернулся к написанию писем.
– Не надо было этого делать, ваше величество, – мягко укорил Сэйзед. – Мнение Тиндвил обо мне достаточно обоснованное, по-моему.
– Я буду делать, как считаю нужным, Сэйзед, – продолжая писать, ответил Эленд. – Без обид, мой друг, но ты уже давно позволяешь людям обращаться с собой дурно. Я не потерплю этого в моем доме – оскорбляя твою помощь в моей работе над законами, она оскорбляет также и меня.
Сэйзед потянулся за новой книгой. Вин сидела тихо.
«Он так быстро меняется. Сколько времени прошло с приезда Тиндвил? Два месяца?»
Ничто из сказанного Элендом не отличалось от того, что он мог бы сказать раньше, но вот тон стал совсем другим: жестким, требовательным и внушающим уважение.
«Трон рухнул, вражеские армии угрожают со всех сторон, – думала Вин. – Обстоятельства заставляют его меняться, выбирать – вести за собой людей или позволить сокрушить себя».
Он знал о колодцах. Что еще он обнаружил и не рассказал ей?
– Эленд? Я тут думала о Бездне.
– Прекрасно, Вин. – Он улыбнулся. – Но у меня в самом деле сейчас нет времени…
Вин улыбнулась в ответ. Однако на душе было неспокойно.
«Он не такой неуверенный, как раньше. Он теперь не нуждается в поддержке и опоре. Я ему не нужна».
Глупая мысль – Эленд ведь ее любит, и Вин это знает. Перемены не сделают ее менее значимой в его глазах. И все же она не могла подавить печаль. Эленд уже однажды бросал ее – когда пытался совмещать интересы своего дома с любовью к ней. Это ее почти уничтожило.
Что случится, если он бросит ее теперь?
«Он не бросит, – сказала себе Вин. – Он на такое не способен, он хороший человек».
