И всё это есть в «Велесовой книге». Действительно, странно. И смущают здесь следующие обстоятельства. Во-первых, глубина исторической памяти крестьян трёх южнорусских деревень. Во-вторых, то, что столь богатая традиция была зафиксирована только Ю. П. Миролюбовым, и никем ни до, ни после него. В-третьих, поразительное соответствие преданий жителей Юрьевки, Антоновки и Анновки как «Велесовой книге», так и историческим взглядам самого Миролюбова. По этому поводу Д. М. Дудко замечает: «И ведь хранила её (традицию. —
Да, обстоятельства дают основания говорить так, как говорит Д. М. Дудко. Однако справедливость требует указать и на элементы расхождения «Книги Велеса» с произведениями Ю. П. Миролюбова и отражёнными в них преданиями. Так, не совпадают списки богов в Триглавах (уже упоминавшихся троицах славянских богов). В дощечке 11А «Велесовой книги» Великий Триглав состоит из Сварога, Перуна и Святовита (I, 5; 68–69), (I, 4; 43–44). У Миролюбова место Перуна занимает Велес (II, 28; 193). Далее дощечка 11А и являющаяся её продолжением дощечка 11Б называют ещё четыре Триглава, видимо, соответствующих сезонам года: 1) Хорс, Велес, Стрибог; 2) Вышень, Леля, Летница; 3) Радогост, Коляда и Крышень; 4) Сивый, Ярила и Даждьбог (I, 5; 69), (I, 4; 44–45). Если верно предположение, что Триглавы отражают годовой цикл, то остаётся только гадать, какой из них какому сезону соответствует. У Миролюбова всё определённее: называется весенний Триглав — Яро, Хорс, Купала, летний — Ладо, Купала, Даждьбог, осенний — Перун, Вышний, Симаргл, зимний — Коляда, Сивый, Крышний (II, 28; 193). Как видим, наблюдается полное несовпадение Триглавов, т. е. соответствия составов нет ни в одном случае.
Далее. По мнению Ю. П. Миролюбова, славяне-арии пришли в Европу в качестве авангарда ассирийской армии. «Ассирийцы подчинили все тогдашние монархии Ближнего Востока, в том числе и персидскую; а персы были хозяевами северных земель до Камы. Ничего нет удивительного, если предположить, что славяне были в авангарде ассирийцев, оторвались от главных сил и захватили земли, которые им нравились. Персидские же земли были и вавилонскими. Вообще эти земли, особенно зеверные, переходили из рук в руки могущественных монархий Ближнего Востока» (II, 28; 193).
Ближневосточная тематика, если можно так выразиться, присутствует и в «Книге Велеса». Согласно данным дощечки 6 (В, Г) (вторая дощечка в связке под номером 6) русы во времена рода Ория (Орея) били Египет и Ассирию (последняя фигурирует в данном месте только в переводе Д. М. Дудко) (I, 5; 47), (I, 4; 19). Затем из-за отсутствия единства большая часть русов была пленена персами и угнана к вавилонскому царю Набсуру (Набупаласару или Навуходоносору). Русы, подчиняясь ему, ходят на Ассирию и Египет, но затем восстают и уходят на Север (I; 5; 47–48), (I, 4; 19–21), (I; 6; 326–327). Как видим, трактовка «Велесовой книги» отличается от трактовки Ю. П. Миролюбова. И, между прочим, первая выглядит убедительнее второй. Ведь в VII веке до н. э. (а именно к этому времени относит описываемые события «Велесова книга», и именно в это время славяне под именем скифов могли принимать участие в ближневосточных делах) Персия была небольшим царством на юге Ирана, неподвластным, однако, ни Ассирии, ни Вавилону. Ассирийские же войска никогда не заходили на север дальше Закавказья.
Вся «Книга Велеса» пропитана духом вечевой демократии; единовластие князей, наследственное закрепление власти за каким-либо княжеским родом осуждаются. Совсем не то в приводимых Ю. П. Миролюбовым сказах: живущими в степи русами управляют цари. Власть их велика. Попытки обойтись без царя плохо кончаются для племени. Кий заявляет, принимая власть: «Без кия (дубины) с людьми сговорения нет» (II, 28; 198). Это уже не похоже на апологию вечевой демократии в «Велесовой книге».
Но указанные расхождения «Дощьек Изенбека» и произведений Ю. П. Миролюбова носят всё-таки частный характер. И, кроме того, даже из этих несовпадений противники подлинности «Велесовой книги» извлекли аргументы в свою пользу. Какие, мы увидим чуть ниже.
