Собаки затявкали (АГС–17 за этот характерный звук и прозвали «собаками»), плотно закидали дачи гранатами. В ответку по АГС стали бить с дач также собакой. Командир запросил поддержку бегемотов, ответку заглушили быстро. Одну собаку у штурмов посекло осколками. Слава Богу, обошлось без двести и триста. Второй АГС отработала за двоих. После боя, по подсчёту расхода, оказалось, по дачам ушло шестьсот выстрелов. Много, но фланговый огонь по штурмам при заходе на «Тойоту» исключили почти полностью, в общем, боеприпасов не жалели, всем понравилось, кому-то в кавычках.
План боя был выполнен и оправдал себя на сто процентов. Нацисты не выдержали, сломались, бросили оборону, оставив в окопах своих двухсотых, ушли в «Крым», очередь которого была следующей.
Изумительное по красоте, невероятно голубого цвета озеро. Пляж сплошной песок. Место, короче, для отдыхать и наслаждаться, одно слово — «Крым», поэтому опорник так и назвали. Для чего место окопами испохабили? Так именно после взятия «Крыма» открывалась возможность эффективно наступать непосредственно на Авдеевку. Длинная линия окопов, без малого два километра, тянулись по высокому месту, вдоль лесопосадок. За окопами крутой обрыв, далее тот самый замечательный пляж, потом вода.
Укрепили всё, что можно было и как можно по военной науке, фортификаторы (блин, как бы назвать их словом не из окопного лексикона), в общем, нехорошие. Нет, фортификация отличная получилась, а они, те самые, нехорошие. И не просто так в землю врывались — КП всего укрепрайона. С одного края до позиций триста метров открытки. Триста метров — это много, это неприятно. С другого направления, с опорника «Паук», что был взят ранее, сто восемьдесят. Это лучше. Но и люди в окопах знали, что со стороны «Паука» открытка только сто восемьдесят, и с учётом короткого времени для рывка явно и распределили огневые средства в пользу малого плеча.
Вооружение, всё, что удалось у них разглядеть, сплошное НАТО. Два пулемёта, французики вроде. ПТУРы, тоже забугорные. Масса одноразовых гранатомётов, ну и, само собой, бесконечное множество дронов — и камикадзе, и наблюдатели. Висящая постоянно птица — это значит наличие артиллерийской поддержки, с наведением и корректировкой. На счастье, пошёл дождь. Правильный такой, плотный. Любимая погода сделала применением дронов нерентабельным. А что, у них всё строго за доллары, жизни солдат тоже. В дождь будут доллары-дроны экономить. Но при всех прочих, действительно применение дронов в плотный дождь малоэффективно.
Оператор не видит ничего, поэтому и погода у штурмов любимая.
В «Крыму» засели всякие нацисты (разные нашивки потом там разгребали и набирали себе в коллекцию) и ВСУ, и поляки, и французы, ещё кто-то из иностранных наёмников, что говорит о важности пункта обороны. А как же, наёмники просто так на передок не пойдут. Их можно либо случайно подловить, что редкость жуткая, либо объект действительно непростой, как и было с «Крымом».
Учитывая масштаб и сложность укреплений, в атаку готовили две штурмовые группы от двух рот. Заходить должны были с обеих сторон, с севера и с юга. Охват полукругом, дабы не просто взять опорник, выдавив обороняющихся, а ещё и не дать уйти этим защитникам. Задача на уничтожение. Поддержка — бегемоты-восемь, с ЗОПов. Никакого шапкозакидательства, всё воспринималось адекватно, бой сразу планировался как тяжёлый, в том числе с учётом упомянутого качества укреплений, к тому же и долгий. На смену штурмам, в резерв, определили дополнительно ещё группы, чтобы после штурма немедленно обеспечить на позициях закрепление.
Выдали нормальную по плотности и времени артподготовку, при которой танкисты и арта кошмарили опорник как могли, но полностью развалить там всё не получилось. Бой начали штурмовики из лесополосы с длинной стороны, от опорника «Тойота». Первая их задача — обозначить штурмовые действия и обеспечить огневое подавление. Работали стрелковым, пулемётами, две «собаки» (АГС–17 «Пламя»). Ответка со стороны «Крыма» пошла незамедлительно. Каждую минуту жёстче и жёстче. Огонь продолжал усиливаться по нарастающей. Однако чем выше была интенсивность, тем больше чувствовалось, «немцы» не выдерживают, подтягивают на фланг, где завязался бой, всё что могут. И всех. Это было замечательно, пошло как и планировалось.
