«Острова» прикрывали дроны. Много дронов. Задержка на «открытке» перед опорником это будет то самое «всё», которое вконец «всё», уже не выскочишь. Пулемётами прижмут к земле и закидают гранатами с дронов, вызовут арту или миномёты, да то и то вызовут, и перепашут с дронов же корректировкой. Ночь на нынешней войне не тёмное время суток, а время, когда противника обнаруживают с помощью тепловизоров, которых с обеих сторон масса. Даже не стоило надеяться, что на «Островах» тепляка не могло быть. А точнее массы, кучи тепляков, на прицелах, биноклях, да по-всякому.
Немцев на «Островах» следовало чем-то занять. Чтобы не скучно им было совсем, так как от скуки начнут во все стороны местность разглядывать, а увидят штурмов — не понравится, сто процентов не оценят, и начнётся дискотека, той артой и миномётами, с которыми так не хочется знакомиться. Долго отвлекать не надо, но плотненько, чтоб взахлёб, закошмарить наверняка, короче. А кошмар для опорника, прежде всего, танк.
Но дроны! Задача дронов разведки танк «срисовать» и навести по нему уже дроны-камикадзе. Достать танк на ЗОПе артой крайне трудно, нормально только прямой наводкой или управляемым снарядом. Неприятности в большей степени создают дроны-камикадзе. Самые противные из них, наверно, «Бабки-ёжки», гексокоптер — шесть винтов, такой изначально «колхозник», для сельхоз работ, промышленный, тащит много, хоть и визжит громко, но может привалить и сорок килограмм взрывчатки. Навигация продвинутая. Паршивая вещь.
Бывает погода в помощь. Снег, дождь, туман, — всё, что видимость снижает, нелётная погода, всё это в помощь. Безусловно, и танку с ЗОП без корректировки работать сложно. Сложно, не значит нельзя. Только цели требуется вскрыть и координаты определить заранее. То есть разведать при подготовке штурмовых действий. Бывает такая грамотная поддержка на штурме и без корректировки с неба. Раз в туман пошли, всё должно было быть хорошо, но как-то обнаружили, не понятно как, да если бы и поняли, это ничего не меняло по факту, прижали капитально двумя собаками (АГС–17), пришлось вызывать с ЗОПа поддержку. Если бы не заранее разведанные позиции и чётко определённые координаты, вынуждены были бы уходить, с потерями точно. А так мужики с «большой коробочки» по четыре огурца положили на каждую собаку и заглушили препятствие.
В хорошую (точнее плохую, потому что лётная) погоду бегемота надо прятать, иначе он не помощник, а цель. Маскировка и ещё раз маскировка. Танк вышел на позицию заранее, не красовался на прямой наводке, не дразнил. На нашем опорнике «Пауке» закрепился. Заехали в развал стены цеха разбомбленного, и экипаж завалил его мусором, что местность вокруг: куски бетонных плит, кирпич, доски, проф-лист, проволока — хорошо завалили, с горочкой, и сверх того, полностью танк слился с местностью.
И ещё придумали. Вышли на дистанцию от «Островов» на двенадцать километров, предельная дальность выстрела с танковой пушки десять, выше ствол не задрать, не для такой работы танк проектировали. Нельзя поднять ствол — нужно поднять сам танк: набросали побольше кирпичей, на которые танк заехал передними траками, увеличили угол поднятия танковой пушки — так двенадцать километров стали доступны. А это значит что? А это значит, вышли из зоны, где разведка квадриками будет шарить с особой тщательностью.
Началась штатная работа танка с ЗОПа. С изумительной точностью, несмотря на те двенадцать километров. Чем хорошо работать корректировщику с танком с ЗОПа, так тем, что танковой снаряд летит до цели быстрее, чем навесной артиллерийский, — корректировщику работать проще, есть свои плюсы, есть. Вышли квадрики искать раздражителя. Не к штурмам пошли! В другую сторону! Как и было прописано-рассчитано. То висят, то мечутся. Мечутся и мечутся, но не видят ничего! Операторы на той стороне, наверно, с ума сходили. Да не наверно, а точно, как же так, разрывы на «Островах» есть, а стреляющего танка нигде нет. Нет цели — танка, нет ответки.
Ой! Замечательно спрятались. Ой, как умело!
Ветераны Великой Отечественной рассказывали: в атаке, после артобстрела, приходилось, чтобы выжить, успевать добежать до окопов фашистов, пока те не очухались и не организовали ответный огонь. А это девять секунд. Так что сто метров, безопасное от разлёта осколков расстояние от окопа, по которому ведётся артподготовка, следовало преодолеть за эти максимум девять секунд. Вот именно, как раз там и были побиты все и любые мировые рекорды в беге.
Штурмовая группа. Ползком сто пятьдесят длинных метров. Бесконечно длинных, на полувздохе, сливаясь с каждой травинкой на пути, но быстро, как невозможно даже бегом. Вышли на «Острова» с двух сторон. Север и юг. Ждём. Ждём. Как удачно прилетело от танкистов! Ещё! Пора. Команда командиру танка: «Отдохни пока, мы пошли чай пить» (такая команда на штурм). Рывок молнией разящей!
