Творческие судьбы Доссена и Рухомовского во многом схожи. Обоим предстояло выдержать длительную борьбу за признание своего имени в художественном мире. В 1903 году Лувр, уступив давлению, пригласил Рухомовского предстать перед авторитетной комиссией в Париже. Надменные французские академики подвергли допросам одесского ювелира и пришли к выводу, что сия персона не обладает даже минимальными знаниями по археологии и древней истории. Тогда Израиль Рухомовский попросил принести ему пластину золота и на глазах у изумленной комиссии воспроизвел один из сложнейших фрагментов тиары.
Официальный мир искусства немедленно накладывал табу на имя любого «короля фальшивок». Рухомовский впоследствии даже выиграл золотую медаль на Парижском ювелирном салоне, равно как и Доссена победил в престижном конкурсе скульпторов в Италии. Однако обоих мастеров могло ждать только одно – полное забвение.
В 1955 году новый директор бостонского Музея изящных искусств Перри Ретбоун распорядился изъять «саркофаг Савелли» из экспозиции и снова отправить его в запасники музея. У Ретбоуна, в прошлом директора Сент-Луисского художественного музея, были личные счеты с «королем фальшивок». Когда-то музей Сент-Луиса купил терракотовую скульптуру богини Дианы в виде двадцати одного фрагмента. Усилиями реставраторов музея скульптура была почти полностью восстановлена. Ретбоун опубликовал статью, в которой заявил, что «статуя является одним из крупнейших открытий в области античного искусства, сделанных в XX веке». Он сравнивал сент-луисскую Диану со знаменитой терракотовой скульптурой этрусского воина в музее Метрополитен. Время показало, что такое сравнение было правомерным: автором обоих творений оказался Альчео Доссена.
В бостонском музее сегодня не очень любят рассказывать о саркофаге Савелли. Знаменитое мраморное надгробие до сих пор покоится в хранилище. Все попытки журналистов и исследователей получить какую-либо достоверную информацию об этой истории натыкаются на решительный отказ дирекции. Работы Доссена и по сей день остаются запретной темой для многих художественных музеев.
Альчео Доссена умер в 1937 году в нищете и такой безвестности, что ныне невозможно определить даже место его захоронения. В этом он повторил судьбу многих великих мастеров.
1924. Создан первый в США взаимный инвестиционный фонд (
1929. Хоккейная команда «Бостон Брюинз» (
1929. Оркестр «Бостон Попс» (
1930. На углу улиц Стюарт и Тремонт установлен первый светофор.
1934. Открыт тоннель Самнера (
1934. Три бостонских врача – Джордж Уипл, Джордж Мино и Уильям Мерфи – получили Нобелевскую премию по медицине за разработку методов лечения злокачественной анемии.
Каждое воскресенье над Гарвардским университетом слышится голос русских колоколов. На башне Лоуэлл-Хаус, самой высокой в Гарварде, установлен подбор из семнадцати колоколов – точная копия знаменитого звона московского Свято-Данилова монастыря.
Сказания о бедствиях – вражеских нашествиях, разорениях, моровых поветриях – часто заканчивались в русских летописях скорбными словами о том, что «не было позвонения ни в колокола, ни в била». Колокол на Руси – это не просто изделие из бронзы для извлечения звука – у каждого из них история сродни человеческой. Иногда за «бунтарский звон» их били плетью и вырывали языки, отправляли в ссылку и жгли в печи.
На рубеже прошлого и позапрошлого веков в Москве было несколько сот звонниц, в праздничные дни весь город наполнялся колокольным многоголосьем. Как утверждают очевидцы, одним из самых благозвучных в этом торжественном хоре был звон с колокольни Свято-Данилова монастыря.
Древнейшая обитель столицы, основанная князем московским Даниилом, младшим сыном Александра Невского, много раз переживала пожары и опустошения. Но чудовищный разгром, которому она подверглась в советское время, не шел ни в какое сравнение с нашествием польским или французским.