И тут же сообразила, что планшет каким-то чудом поймал сигнал другого устройства, на котором проигрывали фильм. Она хотела перезагрузить планшет, но взгляд ее упал на стенки ящика, по которому полз голый дед. На стенках были те же затейливые клейма итальянской компании, производящей дорогую пасту. Катя наблюдала, как старик с трудом преодолевал метры тесного ящика, выбрасывая вперед руки с отросшими серыми грязными ногтями. Он отбросил вбок какой-то маленький желтый предмет, очевидно впившийся ему в ляжку, и она увидела, что это был желтый бейдж с логотипом «Страны вкуса» и надписью «старший смены Олег Евсюков».
Катя взвизгнула и швырнула планшет на полку — это уже слишком, никаким фильмом нельзя было объяснить это совпадение. Она бросилась вон из секции бакалеи, добежала до обеденного зала и кинулась к Варе, которая поглощала йогурт и трещала по телефону. Катя, путаясь в словах, рассказала про ящик и старика и ждала, что Варя посмотрит на нее как на сумасшедшую. Но сборщица с ужасом раскрыла глаза и рванула из-за столика.
— Черт! Быстрее!
Они ворвались в секцию с бакалеей, Варя сунула ей планшет и крикнула:
— Беги за Денисом!
Сама она защелкала выключателями на стене, и зальчик скоро залил тревожный красный свет. С визгом выскочила из-за рядов темноволосая сборщица и кинулась вон, бросив свою тележку.
Варя проворно вскрывала пачки с солью и сыпала на пол. Заметив, что Катя, словно завороженная, пялится на нее, снова крикнула:
— Иди отсюда! Зови Дениса, дура!
Катя опомнилась и бросилась в подсобку за старшим смены, но он уже бежал ей навстречу, обнимая три пачки соли. Он подлетел к отделку бакалеи, но из верхней части дверного проема опустилась железная дверь, вся во вмятинах, заклепках и заплатках. Денис выронил соль, ударил кулаком по металлу и с отчаянием крикнул:
— Черт! Сука!
Из-за двери донесся дикий Варин крик, который очень скоро захлебнулся и затих. Денис уткнулся лбом в металлическую дверь.
— Что это? Что? — лепетала Катя, с ужасом глядя на жестяные заплатки на двери.
— Жопа, вот что. Опоздали, — сказал Денис, не глядя на нее. Потом достал телефон, набрал короткий номер из трех цифр:
— Бригаду зачистки в отдел бакалеи.
Денис посмотрел на Катю красными бешеными глазами:
— Какого хрена ты сразу не сказала, что приложуха выдает черный экран?
— Я не…
— Из-за тебя погибла Варька. Надо читать правила! Для таких дур, как ты, везде понавешано!
— Погибла?! Из-за чего?
— Из-за того, что ты не знаешь правила!
Старший смены махнул рукой, сунул в рот жвачку и сказал убитым голосом:
— Хоть сейчас прочитай.
Катя двинулась в раздевалку и взяла из шкафчика заламинированный листок. «Не вставать на полки, не лазить наверх по стеллажам, использовать лестницу, расположение огнетушителей… Дальше шло невероятное:
1. Нельзя входить в помещения с красными табличками.
2. Каждый раз, когда отсканированный продукт выдает черный экран на планшете, необходимо включить красные лампы и сделать круг солью вокруг упаковки с продуктом. Помещение необходимо покинуть до разгерметизации упаковки с продуктом.
3. Каждый сотрудник страны вкуса может и имеет право сотрудничать с другими работниками. Работники страны вкуса носят оранжевые жилетки с желтыми бейджами. Любой другой посетитель склада в другой униформе — чужак, и сотрудничать с ним строго воспрещается.
4. Если вы увидели чужака, необходимо сесть на пол, закрыть глаза, прикрыть уши ладонями и считать от ста до единицы. Глаза открывать воспрещается.
5. Служба зачистки имеет право убивать не более одного сотрудника в год.
6. Любой сотрудник «Страны вкуса» не имеет права опаздывать и обязан в 9,00 пересечь границу, отделяющую складскую территорию от улицы.
7. Любой сотрудник «Страны вкуса» имеет право на отгул раз в год.
8. Нельзя мешать передвижению службы зачистки по коридорам.
Катя бросилась обратно в коридор:
— Что это за ерунда? Вы тут траву, что ли, курите? Бред какой-то!
В этот момент дрогнула металлическая дверь, Денис грубо больно схватил ее за руку и втащил ее в соседнюю секцию с консервами. Из отдела бакалеи вышли прежние бесстрастные парни в белых костюмах химзащиты, таща по два пластиковых ведра, полных чего-то, похожего на останки со скотобойни. Катя увидела, что в кровавых ошметках с торчащими осколками костей плавает что-то блестящее. Брекеты. Варины брекеты.
Катя открыла рот и хотела заверещать, но Денис толкнул ее на стоящий рядом стул и устало сказал:
— Да не ори ты. Теперь-то чего толку…
— Она же… Это месиво… Это…
— Да, блин, это Варька!
— Но почему ты мне не сказал?
— А разве я не говорил?!
— Ты издеваешься что ли? О том, что люди тут превращаются в фарш, если не соблюдать правила, надо говорить как-то иначе, тебе не кажется?!
— Я не имею права! — крикнул Денис с досадой ей в лицо. — У тебя в договоре есть пункт «с правилами ознакомлена», предполагается, что ты их знала, прежде чем подписывала! Я не могу рассказать, как есть, чтоб самому в этот фарш не превратиться! У старшего смены свои пункты в договоре!
— Пиздец! — бросила Катя. — А 5 пункт? Они что, правда убивают сборщиков?!