Еще одного предпринимателя, начавшего торговать в детстве, звали Лу Коэн. Он был сыном пекаря и заработал первые деньги в возрасте 8 лет, предлагая в дождливые дни жителям города, выходившим из метро, сопровождение под зонтом. В 1926 году он открыл магазин Argosy Books на Четвертой авеню, среди посетителей которого в дальнейшем были президенты, а среди сотрудников – Патти Смит[241]. Магазин работает по сей день под руководством трех дочерей Коэна, которым около трех раз в неделю звонят девелоперы, предлагая приобрести здание магазина в собственность.
Для меня как для книготорговца Сэмюэл Вайзер с его знаком египетского креста – это прежде всего крупнейший издатель оккультной литературы, однако этот человек был известен еще и тем, что благодаря ему в 1926 году на Пятой авеню открылся узкоспециализированный магазин, ставший настоящей обителью магии. Говорят, сам Гарри Гудини[242] посетил магазин незадолго до смерти; его книги – одно из сокровищ, которые там можно приобрести.
Своей специализацией эти магазины обязаны богатейшему архивному наследию Книжного ряда, где некоторые книготорговцы могли специализироваться в самых разнообразных областях, таких как аэронавтика, теология и история театра. Большинство магазинов, пространство которых напоминало настоящий лабиринт, охотно брали на продажу издания-однодневки, что играло на руку новому поколению историков книг, которые могли увлеченно выискивать памфлеты и чапбуки в качестве «первичного» доказательства давней привычки людей читать. Крупные библиотеки зачастую пренебрегали такой продукцией, а порой и вовсе отправляли ее на свалку. Историку Мэгги Дюприст крупно повезло, когда она в разговоре с Сидом Соломоном, владельцем магазина Pageant Bookshop, между делом упомянула, что ее интересуют «неофициальные издания». «О! – сказал он. – Так у меня тонны этого добра на чердаке». Когда они поднялись туда, Мэгги с удивлением обнаружила, что он вовсе не шутил: на чердаке в коробках, сложенных под самый потолок, действительно хранилось огромное количество изданий-однодневок. Еще один собиратель подобных вещей Фрэнк Томс из магазина Thoms and Eron, прежде чем уйти на пенсию, пожертвовал свои сокровища Бруклинской публичной библиотеке.
Уолтер Голдуотер на протяжении полувека специализировался на истории афроамериканцев. К моменту закрытия магазина у него собралась, вероятно, самая обширная коллекция трудов на эту тему в мире. Нью-Йоркский университет приобрел ее за 47 000 долларов. Его супруга Элеанор Лоуенстейн держала неподалеку магазин кулинарных книг и стала таким экспертом в этом вопросе, что написала целый библиографический справочник по данной теме. За годы работы она посетила 90 городов по всему миру и более 300 книжных магазинов в поисках книг о еде и кулинарии. После ее смерти один из друзей Элеанор спустился в подвал магазина – представшая его взору картина напоминала Книжный ряд на Четвертой авеню:
На полу стояла вода в несколько сантиметров. Освещение было ужасным. И там мы нашли множество коробок, в которых хранились замечательные, редчайшие книги.
Коллекцию приобрел Калифорнийский университет. Книготорговец Хаскелл Грубергер, в возрасте семи лет убедивший отца купить 5000 книг за 75 долларов в магазине, который ликвидировал свой ассортимент, собрал такую обширную коллекцию книг по социологии, что после закрытия его магазина Университет Макгилла приобрел у него 52 000 книг. Еще одним известным экспертом был Леон Крамер (1890–1962) из России. Он прибыл в Америку в 1912 году на маленьком пароходе – на путешествие на «Титанике» даже третьим классом у него не было денег – и брался за самую разную работу, играя в шахматы в Центральном парке, пока наконец не занялся книготорговлей. Он так глубоко изучил историю социализма и радикального движения, что его нередко цитировали в академических трудах по истории. На базе своего магазина он начал издавать первую в мире газету на идише. Сеймур Хакер еще ребенком в 1920-е годы научился зарабатывать на жизнь, перепродавая печатную продукцию, выброшенную в мусорные баки его соседями из Бронкса. Впоследствии магазин Хакера Hacker’s Art Books стал меккой для таких посетителей, как Джексон Поллок и Виллем де Кунинг.
