– Мистер Шарп, должен сказать, что нам не свойственно такое поведение, – вступил было Гринбаум, пытаясь выразить возможные возражения партнеров.
– Не начинайте, Гринбаум. Я не вчера родился. Мне надо только, чтобы вы делали, как я сказал. И вы все, и я – стреляные воробьи. Мне ни к чему ваши фокусы за спиной. И, Гринбаум, – тут его тон сделался стальным, – я говорю это совершенно серьезно. Услышьте меня. Заодно пришлите номера всех ваших сертификатов на акции. А сейчас, прошу простить, господа, – дела. Всего наилучшего.
Вот откуда вырос пресловутый «бычий» подъем акций Turp. Кто-то потом сетовал на то, что Шарп мог бы вести себя с ними и поучтивее. Но это они нуждались в нем, а не наоборот. Так что хочешь – не хочешь, а принять его манеру им пришлось. Ведь у любого управляющего пулом свои уставы и привычки.
– Знаете, Сэм лучше, чем прикидывается, – утверждал Гринбаум, будто оправдывая поведение лучшего друга. – Ему нравится производить впечатление бесцеремонного хищника, но по сути он хороший парень. Просто к нему надо привыкнуть. Он в состоянии горы сворачивать. Я никогда не мешал ему вести дела по-своему.
На следующее утро стартовал эпохальный взлет скипидарных акций. Они рванули вверх с отметки 30 долларов. Брокеры, взявшиеся за эти бумаги, купили 16 тысяч акций, подняв курс до 32,5. В душах игроков, когда-то набравших «скипидарных» бумаг по более дорогой цене и отчаявшихся заработать на них, всколыхнулась надежда. Пришло время суровых и ловких манипуляций, которые навсегда войдут в историю Уолл-стрит. Главнокомандующим выступал Шарп. Тикерная лента выдавала совершенно фантастические новости, и каждая из них не имела с действительностью ничего общего. Так, крупнейшие брокерские дома Уолл-стрит внезапно стали скупать эти акции. Тут же по бирже разлетелась весть, что на пороге «важные события». Назавтра брокеры, работавшие на солидных финансистов, не моргнув глазом, приняли заявки о покупке. Значит, вышеназванные финансисты приобрели контрольный пакет – основную долю бумаг Turp. На следующий день было совершено множество покупок неполных пакетов акций – менее 100 штук. Их совершили брокеры, нанятые трастом Гринбаума. А для непосвященных это говорило о том, что друзья синдиката получили наводку от инсайдеров и теперь скупают акции в качестве долговременного инвестирования. Прошло совсем немного времени, и в момент, когда рынок был на подъеме, опытные спекулянты Уолл-стрит получили еще одну подсказку. Им предельно прозрачно намекнули, что люди, осведомленные о положении дел в компании, взялись за скупку ее акций.
Шарп самозабвенно сбывал бумаги направо и налево. Во время «бычьих» манипуляций он скупил кучу этих бумаг, чтобы раскрутить цену, естественно, сохраняя это в секрете. В противном случае обрушилась бы лавина «коротких» продаж, что никак не входило в его планы. Стоило Шарпу начать продавать, как опытные биржевики решили: «Так! Парни перестали скупать. Движение закончено!» И начали «шортить» Turp. Брокеры были убеждены, что эти «пустышки» не могут долго идти по курсу 46. Цена уступила их напору, и назавтра продажи вновь выросли. Но тут всех ждал неожиданный поворот событий. На следующий день член правления солидного брокерского дома подошел к посту, где торговали «скипидарными» бумагами, и стал покупать. Он даже не старался скинуть цену, а просто брал и брал, пока не купил 20 тысяч акций. У «медведей» подкосились ноги. Мгновенно биржу облетел слух о дополнительных дивидендах. Пришлось «медведям» закрывать свои «короткие» позиции, терпя солидные убытки. Они решили открыть «длинные» позиции – подкупить бумаг, рассчитывая на скорый рост курса. При закрытии биржи акции шли по 52. И это при том, что Шарп заметно уменьшил число акций, купленных в ходе кампании. Совсем недавно он больше скупал, чем продавал. Теперь же пришло время развернуться в противоположную сторону.
В душах игроков, набравших «скипидарных» бумаг, всколыхнулась надежда. Пришло время суровых и ловких манипуляций, которые навсегда войдут в историю Уолл-стрит.
