Вторая гипотеза также покоится на источниковедческих изысканиях. Дело в том, что во введении к хронике Скилицы в рукописи № 136 названы четырнадцать историков, в том числе и знаменитые Георгий Монах, Феофан, Пселл, Генесий и ряд не дошедших до нашего времени авторов, среди них и некий Лев Асийский — Леон Асикос. Кто такой Лев Асийский? Не могло, как полагали, быть сомнений, что это и есть Лев Диакон — ведь он сам пишет во введении, что его родина — Калоэ... У Гомера (II, 462): Ασιω εν λειμωνι. Но сразу же возникло недоумение — почему написано Ασινος, а не Ασιανος — Не ошибка ли это? Ряд иных толкований в связи с корнем «Ас» можно было бы тоже отнести к родине Льва; Монфакон просто передавал это наименование как прозвище Leo Asinus (лат. «осел»). У Крумбахера не было сомнений, что Скилица во многом использовал Льва Диакона-Асийца. Но после того как Вартенберг и я решительно выступили против версии, что Скилица использовал «Историю» Льва Диакона, это положение было поколеблено, хотя и нет особых доказательств, что Скилица перечислял во введении именно тех историков, сочинения которых послужили ему источниками. Было выдвинуто и другое подкрепление этой теории. Во введении к «Истории» Кедрина, который почти дословно копировал Скилицу, перечислены те же четырнадцать историков, в полном соответствии со Скилицей, но вместо Льва Асийца упомянут Лев Кариец. Некоторые филологи XVII в. видели в нем грамматика Льва Кивериота. Позднее стали идентифицировать Льва Карийца со Львом Диаконом — Львом Асийцем. С большой натяжкой Карию стали считать тоже родиной Льва Диакона. Особенно тщательно подошел к вопросу Панайотакис. Он обратил внимание на то, что были неправильно переведены слова Λεω ο Καριας как «Лев из Карий». Сочетанием имени с родительным падежом местности означали обычно митрополита этой области. Сохранились письма именно митрополита Карии Льва (без указания времени написания). В этих письмах есть несколько выражений, встречающихся и у Льва Диакона. Так что Панайотакис, анализируя стиль этих писем, пришел к выводу, что Лев Диакон после своего выступления с энкомием стал быстро продвигаться и наконец был удостоен сана митрополита. Однако существует ряд возражений. Во-первых, если Лев Диакон стал митрополитом, то, поскольку обычно при этом изменяют имя, он не назывался бы Львом. Ведь в таком случае здесь нужно допустить исключение. Во-вторых, митрополия Карии, судя по сохранившимся актам, занята была митрополитом Иоанном с 997 по 1030 г. Правда, Панайотакис предполагает, что в актах мы, возможно, имеем дело с двумя Иоаннами, и допускает, что между ними митрополитом был Лев. Но это тоже слишком большая натяжка.
Кроме того, есть сомнение, что Кедрин изменил слово «Асийский» на слово «Карийский», когда узнал, что бывший дьякон Лев стал митрополитом Карий. Введение Кедрина точно передает текст Скилицы. Почему же в таком случае Кедрин, во всем рабски следующий Скилице, вдруг решился его исправить? Кедрин использовал не дошедшую до нас раннюю рукопись Скилицы. Но введение Скилицы сохранилось только в более поздней рукописи — Куаленовой 136. Эта рукопись начала XII в. во многих местах позволяет стилистически выправить и дополнить ту, которая служила прототипом для Кедрина. В последующих рукописях (например, в Венской) этих поправок и дополнений нет. Особенно важно, что в рукопись 136 включены две дословных больших вставки из «Истории» Льва Диакона — описание внешности Никифора (III, 8) и внешности Цимисхия (VI, 3). Отсюда напрашивается вывод: Куаленовую рукопись нельзя считать первоначальной. Основная рукопись — та, которую использовал Кедрин. В Куаленовой же рукописи переписчик смело делает поправки и вставки. Но это означает, что слова «Лев Асийский» есть правка писца рукописи 136, внесшего их вместо слов «Лев Карийский». Почему же сделана такая правка? Причина была совершенно определенной: у Скилицы не использован Лев Диакон, и Лев Карийский ничего общего со Львом Диаконом не имеет. В Куаленовой же рукописи уже имеются вставки из Льва Диакона, и поэтому вместо незнакомого для переписчика Льва Карийца внесено имя Льва Асийца, которое, безусловно, означало Льва Диакона. При таком понимании Лев Диакон и митрополит Карии не идентичны. Но, конечно, только дальнейшие успехи эпистолографии смогут дать достоверные факты из поздней биографии Льва Диакона.
Считалось, что Лев Диакон является автором особого энкомия в честь архистратига Михаила на день его празднования 8 ноября. Но, согласно Панайотакису, имя «Леон» написано в заголовке энкомия ошибочно вместо Панталеон, так как подобный энкомий в честь архистратига Михаила известен как сочинение Панталеона (вторая половина XI в.). Возможно, дальнейшие публикации в области эпистолографии церковных деятелен Византии вскроют новые факты.
