Он решил не вывозить камни на ручной тележке, а собирать их в конические кучи по краям борозд. Камни все еще там. Они заросли травой, и потому наш задний луг похож на инсталляцию художника или на зеленое море с замороженными гребнями волн. Эти кучи — памятник Картофельным Годам, я полагаю. Коровы Мака используют эти камни как скребки для задниц.
Вергилий оставил нам Метод Суейнов. День за днем он продвигался на коленях, вынимая камни. Потом он продвигался на коленях, кладя в землю семенной картофель. Его руки стали похожи на старые географические карты. В каждой морщине и линии была часть нашего поля. Когда он посадил всю картошку, кузен Мерфи возвратился с бороной и закрыл их землей. Потом Кузен стоял на стене, и мой отец в виде С-образной кривой стоял возле него.
— Это место здорово проклято камнями, — сказал кузен с акцентом жителя Корка. Потом напустил на себя проницательный вид, помолчал, кратко кивнул на теперь невидимый картофель и добавил Язычески-Христиански-Суеверное Благословение, которое мы здесь используем во всех случаях:
— Ну, да принесут они вам удачу. Да благословит их Господь[554].
Бог, оказывается, не является большим поклонником картофеля в Ирландии. Может быть, осталось какое-то незаконченное дело между Ним и Уолтером Рэли. Может быть, как и табак, картофель не должен был быть принесен в эту часть мира. Может быть, Бог специально не поместил здесь ни того, ни другого, ведь Он знал, что делает, и тем растениям было предназначено оставаться в Южной Америке. Ясно же, они не должны были прибыть в эту страну. Это-то ясно. Если вы помните, Он уже послал довольно серьезное сообщение. Прекрати Жить на Картошке, Ирландский Народ, — такова была суть. Ловите Рыбу — это было продолжение, но люди не отнеслись к этому серьезно.
Однако за две недели до Пасхи первый картофель моего отца пророс. Мэри пришла к задним воротам и взглянула на своего мужа, осматривающего борозды, и в зеленых побегах, я полагаю, она увидела оправдание. Папа не был безумцем, он был всего лишь мечтателем. Мужчины вообще гораздо более склонны к мечтательности, чем женщины. Это данность. Прочитайте
— Он растет, — сказала Мэри.
Бабушка еще немного помесила кулаками тесто.
— Он растет, — повторила Мэри. — Картофель растет.
— Мои кости говорят, что мне не понравится погода, которая будет, — ответила Бабушка и подсунула рот под башенку пепла.
Потом пошел не то чтобы дождь. Это была погода, и она спустилась, как облако. На Страстной Неделе туман стал больше, чем туман, а изморось была больше, чем изморось, — нечто плотное, как туман, и влажное, как изморось, но оно не было ни моросью, ни настоящим дождем. Какая-то мгла возникла между землей и небом. Висела там, эта мокрая серая вуаль, через которую река текла и убегала вдаль. Но картофельные стебли наслаждались ею. Может, потому, что погода была вроде той, какая бывает в южноамериканских джунглях, а может, потому, что она была такой же мифической, как и сами джунгли, — как бы то ни было, картофель пышно рос, быстро поднимаясь в ожидании мая. Мой отец был в поле со своей лопатой, окучивал ростки, ничего не думал ни о погоде, которая прилипала к нему, ни о том, что уже сорок дней поле не видело солнца.
Это был триумф. Несмотря на погоду, появились цветки. От моего отца исходило великолепное, вспыхивающее искрами сияние, та избыточность света, или энергии, или просто жизни, которую мы с Энеем так хорошо узнаем. Буквально своего рода блеск, я полагаю. Вы видели его и на нем, и в нем. Папа должен был найти, как выпустить его, но он еще не нашел поэзию.
Прошла еще неделя, прежде чем Вергилий увидел, что картофель болеет[557].
