Когда возвращался с востока, скончался посол императора Радберт. И к императору прибыл посол царя персов, именем Абдалла, с монахами из Иерусалима, которые исполняли посольство патриарха Фомы, имена которых были Григорий[1258] и Феликс, неся подарки, которые вышеупомянутый царь послал императору, а именно: шатер и палатки притвора удивительной величины и красоты. Ибо все было из тонкого льна и раскрашено в разные цвета – как палатки, так и их крепления. Помимо этого, дарами упомянутого царя были шелковые плащи[1259], многочисленные и дорогие, а также ароматы, притирания и бальзам. Также и часы из бронзы, изготовленные с удивительным мастерством механики, в которых у клепсидры был ход в 12 часов со столькими же медными шариками, которые падали в конце каждого часа и заставляли своим падением звенеть расположенные под ними кимвалы. Были там и такое же число всадников, которые в конце каждого часа выезжали из двенадцати окошек и, толкая в своем движении, закрывали столько же окошек, которые сначала были открыты. Также в этих самых часах было и многое другое, что сейчас долго перечислять. Помимо этого, были среди упомянутых даров два подсвечника из бронзы удивительной величины и ценности. Все это было доставлено к императору, находившемуся во дворце в Аквисгране. Император, подержав у себя некоторое время монахов и посла, направил их в Италию и дал указание ожидать время для отплытия.
В этом же году император послал своего коннетабля Бурхарда с флотом на Корсику, чтобы защитить ее от мавров, которые повадились наведываться туда для грабежа. Мавры, выйдя по обыкновению из Испании, сначала причалили к Сардинии, где, завязав сражение с сардами и потеряв многих из своих – ибо рассказывают, что там их пало три тысячи, – прибыли прямо на Корсику, где вновь в некоей гавани этого острова вступили в сражение с флотом, которым командовал Бурхард, и были разбиты и обращены в бегство, потеряв тринадцать кораблей и многих из своих убитыми. В этом году во всех местах мавры были измотаны такими неудачами, что сами признали, что это с ними случилось из-за того, что в предыдущем году вопреки всем законам продали в Испании шестьдесят монахов, привезенных с острова Пателарии[1260]. Некоторые из них благодаря доброте императора вновь вернулись в свои места.
Патриций Никита, который находился с константинопольским флотом в Венеции, когда был заключен мир с королем Пипином и до августа месяца установлено перемирие, снявшись со стоянки, вернулся в Константинополь.
В этом году император отпраздновал Пасху и Рождество Господне в Аквисгране.
