Поэтому да будет известно уму и чести наших вассалов, как настоящих, так и будущих, что, поскольку к нам обратились монахи обители святого Германа, великого исповедника, что под городом Паризии, которыми руководит почтенный аббат Хильдуин, и смиренно просили милость нашего величества, чтобы поместья этого монастыря святого Германа, которые находятся под нашей королевской властью, чьи имена следующие: Верногил[1662], Циксиак, Ликсиак[1663], Новерид[1664], Казилиак, Квинциак[1665], поместье Буслана, — со всем, относящимся к ним, которые как блаженной святой памяти наш дед господин необоримый август Карл пожаловал своей милостью этому монастырю, так и по прошествии времени наш родитель господин Людовик, светлейший император, подтвердил это решение и назначил их целиком для содержания этих же монахов, мы также нашим указом аналогичным образом утвердили из любви и почтения к Христу за монастырем, дабы через это наше подтверждение они служили для их нужд и содержания, мы же из любви к Божественному культу и для спасения нашей души охотно согласились с их просьбой и издали нашей королевской властью этот указ, которым как постановляем, так и желаем, чтобы это исполнялось с Божьей помощью постоянно, чтобы эти поместья со всем, что по закону и справедливости относится и прилежит к ним, оставались бы как пожертвования нашего деда и отца, а также и наши, для нужд и содержания упомянутой общины монахов, как настоящих, так и будущих. Так, разумеется, чтобы без притеснений или судебных тяжб со стороны кого-либо человека, проживающего в нашем королевстве и принадлежащего к любому сословию и обладающего любыми властными полномочиями, монахи в соответствии с решениями и указаниями аббата самого монастыря владели бы ими и распоряжались, дабы, опираясь на поддержку этого нашего бенефиция вместе с другими владениями, вверенными им, они более ревностно и охотно постоянно молили милость всемогущего Бога к упомянутому нашему деду и отцу, а также к нам, нашей супруге, детям и к состоянию дел во всем нашем королевстве. Подтверждаем, что к совокупности наших благодеяний относится и то, что мы повелели, чтобы эти поместья находились под иммунитетом нашей защиты. Поэтому указываем и повелеваем, чтобы ни один общественный судья, либо кто из обладающих судебной властью, либо кто из наших вассалов, как настоящих, так и будущих, в отношении этих поместий, либо тех мест, которые по закону и справедливости принадлежат им, под предлогом рассмотрения дел, либо взыскания штрафов[1666], либо налогов, либо пошлин[1667], либо устройства мансионатиков[1668], либо взыскания парат[1669], либо чтобы принудить дать судебное поручительство[1670], либо чтобы обязать к чему-либо под угрозой наказания людей самого монастыря, как свободных, так и рабов, проживающих в этих поместьях, пусть не посмеет предъявлять каких-либо претензий, либо производить незаконные поборы, либо взыскивать то, что упомянуто выше. Но пусть будет позволено управителям самого монастыря и монахам, свободным от всякого беспокойства со стороны законников, спокойно и свободно владеть под защитой и охраной нашего иммунитета этими поместьями и молить о небесной помощи упомянутым нашим предкам, а также нашему благополучию, благополучию нашей супруги и детей, а также о сохранении Божьей милостью и безмерным мягкосердечием на вечные времена всего королевства, врученного нам Богом. И все, что могло от упомянутых поместий взыскать фискальное право по требованию мирского закона, всецело уступаем этому монастырю, чтобы монахам, служащим в нем Богу, благодаря нашему пожалованию было пропитание и содержание для отправления богослужения.
И чтобы к написанному у наших вассалов было больше доверия и оно точнее соблюдалось, мы подтвердили это ниже собственноручной подписью и повелели[1671] скрепить печатью нашего перстня.
Дано в четвертый день до Ид августа[1672] в семнадцатый год правления господина Людовика, светлейшего августа, и в пятнадцатый год нашего правления[1673]. Составлено в поместьи Авизиаке.
