Такое известие могло выбить из колеи кого угодно. Однако купец не зря был купцом. Вскоре он узнал, где должна была происходить казнь приговоренных женщин. Жертвы были закованы в кандалы, и у каждой на шее был повязан сосуд с песком. Их поодиночке усаживали в лодку и вывозили на глубокое место, где лодочник сталкивал их за борт. Кроме лодочника и очередной смертницы, в лодке никого не было. Купец дал первому солидную взятку, и тот согласился взять его с собой в качестве помощника. Двадцать пять девушек, которых доставили на место казни евнухи, были утоплены должным образом. Затем настал черед любовницы нашего героя. Ее также посадили в лодку, и гребец заработал веслами. Когда лодка удалилась от берега на значительное расстояние, с женщины сняли кувшин с песком и кандалы, после чего ее столкнули за борт. Однако с противоположной стороны лодки, невидимой с берега, находился плотик, сделанный из связанных вместе пустых тыквенных бутылей. Женщина осталась на плаву, держась за этот спасительный плотик, а лодка вернулась к берегу, где ее поджидали евнухи, у которых на руках оставалась двадцать шестая жертва. После того как пошла на дно и она, лодочник доставил счастливых любовников в их павильон, где они устроили пиршество в честь избавления любимой купца от смерти. Разумеется, на этот праздник был приглашен и лодочник.
Эту сказку, которая по восточным меркам кажется забавной, любой европеец посчитает безжалостной и бессердечной. Ведь в ней автор обыденным тоном повествует о массовой расправе над несчастными невольницами, не выражая своего отношения к этому отвратительному преступлению. Тем не менее она дает неплохое представление о жизни обитательниц гарема. Прежде всего, они, очевидно, часто бывали за его пределами. Евнухи и невольницы, сопровождавшие их, не отличались сообразительностью, и их было нетрудно ввести в заблуждение. Вдобавок эти служители были не прочь поделиться полезной информацией, то ли за бакшиш, то ли вовсе бескорыстно. Далее следует вывод, что сами наложницы были ужасными кокетками, что подтверждает опыт европейцев, которые вступали с ними в любовные интрижки. Случай с таинственным незнакомцем, которого постигла такая страшная смерть, не только является аргументом в пользу этой точки зрения, но и доказывает, что эти «несчастные, униженные создания» обладали мстительным и кровожадным темпераментом и, когда им подворачивался удобный случай, они не останавливались ни перед чем.
Наконец, следует упомянуть о безразличии, с которым были умерщвлены невольницы, просто потому, что такой поворот сюжета более удобен. Это подтверждается наличием многих историй с не столь замысловатой фабулой, которые в арабском мире рассказывают на каждом углу.
Из всех азиатов араб наиболее соответствует типу романтического любовника, описанному в западной литературе. Однако это не означает, что он является чуть ли не самым подходящим партнером для тех юных европейских леди, которые с таким энтузиазмом поглощают романы о шейхе. Мусульмане обычно относятся к христианским женщинам несколько сдержанно, так как в душе они презирают их. Типичный бедуин не является исключением из этого правила. Он также почти совсем не знаком с мылом и водой и потому, несмотря на свой якобы «огненный» темперамент и красноречие, далеко не соответствует своему художественному прототипу, когда вдруг появляется возможность узнать его вблизи. Следует признать, однако, что западные женщины с более сложной психологией и авантюрной жилкой иногда находили с ним общий язык и неплохо уживались.
Из последних наибольшую известность, пожалуй, приобрела достопочтенная Джейн Дигби, родившаяся в 1807 г. Она была дочерью британского адмирала, который женился на вдове лорда Андовера. В шестнадцать лет Джейн уже обладала сильным, сформировавшимся характером и прекрасными внешними данными. Подобно многим девушкам из аристократических семей – их сверстницы, принадлежавшие к средним и низшим классам, обычно бывали более удачливы, – ее быстро выдали замуж за лорда Элленборо, циничного, но доброго и благожелательного человека, которому вскоре наскучил результат своего участия в матримониальной лотерее. Ибо по велению судьбы ему досталась grande amoureuse (великая любовница). Наличие в любовнице такого темперамента могло бы забавлять великого английского джентльмена того периода. Однако склонность жены к нимфомании вызывает у мужа скуку и пресыщенность. Элленборо начал зевать. И леди Элленборо исчезла в направлении Парижа.
Джейн Дигби, леди Элленборо
Она последовала за любовником, австрийским князем Феликсом Шварценбергом, который был далеко не первым в ее чудовищно длинном списке. Последующие похождения этой международной куртизанки вплоть до ее прибытия в Сирию в возрасте сорока шести лет не имели ничего общего с гаремами.
