После падения недолговечной Баварской советской республики (памятью о ней в Петрограде — Ленинграде осталась «Красная Бавария» — большой пивной завод) Гитлер «выявлял» ее сторонников для расправы со стороны шовинистических офицерских организаций. Но теперь у него появилось новое увлекательное амплуа — пламенного оратора в мюнхенских пивных, где собирались бывшие солдаты и слушали своего сотоварища. У Гитлера проявился ораторский талант, уверенность в себе в риторическом раже. Он говорил бывшим фронтовикам о поруганной Родине, о позорном мире — винил во всем правительство, социал-демократов, большевиков, евреев, предавших страну. Стиль его ораторства был театральным, но говорил он доходчиво и понятно. Он обладал свойственным истероидам чутьем настроения окружающих и становился его ярким выразителем. Ему была присуща «инфантильная черта перещеголять, поразить чем-то необыкновенным, произвести впечатление. Впоследствии Гитлер цинично заявлял в узком кругу, что он многому научился у марксизма — «Но не этому скучнейшему учению об обществе и не материалистическому взгляду на историю — этой абсурдной чепухе... я научился их методам».
Его ораторское искусство было замечено. Гитлера привлекли к организации Немецкой рабочей партии в Мюнхене, девизом которой стала не классовая борьба, а единство нации. Название вскоре было изменено на национал-социалистическую рабочую партию, а свастика сделана ее символом. Гитлер предложил для членов партии «римское приветствие» — вытянутую вперед руку.
Гитлера стал поддерживать Эрнст Рем, капитан, близкий советник полковника Эппа, стоявшего за военным режимом в Баварии после падения там советской власти. Рем был храбрым воякой, не раз был ранен, владел деньгами и оружием и был организатором «штурмовых отрядов» из бывших участников войны, среди которых было немало безработных. Гитлер к военным занятиям штурмовиков добавил торжественные смотры и парады, освящение знамен отрядов и другие театрализованные действа. На сборах штурмовиков после маршей, церемониального выноса знамен, криков «Хайль!» следовала речь Гитлера, полная страсти, патетики и призывов. Неистовый пыл его выступлений заражал бывших фронтовиков, мечтавших о реванше. Гитлер делался все более популярным. С помощью Рема он приобрел мюнхенскую газету «Фелькишер Беобахтер», которая стала рупором партии. Ее немалому успеху способствовала начавшаяся в 1920 г. в Германии инфляция — марка упала в 100 раз («пфенинговая марка»).Недовольных правительством становилось все больше. Гитлер умело играл на настроении масс. Именно тогда около него появился Рудольф Гесс — мюнхенский студент (университета он так и не закончил), уже успевший повоевать добровольцем и бывший дважды ранен. Гесс был организатором студенческих отрядов штурмовиков — привлечение молодежи было очень важно для Гитлера.
Истерические черты в поведении Гитлера ярко выступили во время так называемого «пивного путча» в ноябре 1923 г. Лозунгами его были «Смыть ноябрьский позор» (имелся в виду мирный договор в ноябре 1918 г.) и «Возвеличить немецкую нацию!». Никакого серьезного плана захвата власти не было. Все было построено на бурных эмоциях, мистификации и обмане, к которым столь склонны истерические личности. 8 ноября 1923 г. баварское правительство (в Германии тех времен, как и сейчас, в каждой «земле» было свое местное правительство, кроме центрального в Берлине) проводило митинг в большом пивном зале. Гитлер ворвался туда с 600 вооруженными штурмовиками и легким пулеметом, пальнул в потолок и, появившись на сцене с кружкой пива в руках, провозгласил: «Национальная революция началась! Баварское правительство и правительство рейха (в Берлине!) низложены! Части рейхсвера (остатки немецкой армии после войны) и полиция уже идут под знаменем со свастикой!». Официальное правительство Баварии было тут же арестовано студентами штурмовиками во главе с Гессом и интернировано на вилле одного из сторонников Гитлера. Но фактическим правителем Баварии был триумвират из трех генералов. Они тоже восседали на сцене злополучного митинга. Гитлер увел их за кулисы и потребовал поддержать его — в их руках были войска рейхсвера и различные военные организации, не принадлежавшие к штурмовикам. Гитлер грозил генералам револьвером с 4 зарядами если они его не поддержат, то 3 пули для них и одна для него самого. Но генералы молчали.
Известно, что с 1905 г. Гитлер неоднократно грозил окружающим покончить с собой, оказываясь в затруднительном положении. Но, как нередко свойственно истерическим суицидальным демонстрациям, никогда не переходил от слов к делу.
Гитлер не стал уговаривать упершихся генералов. Он выскочил на сцену и объявил, что его поддержали. Митинг разошелся, а на следующий день генералы ввели в Баварии военное положение.
