Впрочем, наряду с проэолийской существовала и другая версия того же мифа — продорийская. Ее принял и развил Геродот, сам дориец по происхождению. По нему, именно дорийцы составляли первоначальное население Фтиотиды — прародины эллинов
Гесиод же, настаивая на фессалийском происхождении греческой народности, мог сослаться, во-первых, на авторитет Гомера, который связывает эллинов именно с Фессалией, а не с какой-нибудь другой областью, но не только на него.
С Фессалией был связан обширный круг мифов, вошедших в золотой фонд греческой мифологии. Среди них мифы об Ахилле, одном из самых популярных греческих героев, мифы о кентаврах и лапифах, наконец, миф о таком общегреческом предприятии, как поход аргонавтов, отправным пунктом которого был Иолк в Фессалии. Можно предполагать, что на фессалийской почве возник один из древнейших вариантов троянского эпоса, в котором главную роль играли Ахилл и другие северогреческие герои (есть основания думать, что и сама Троянская война разыгрывалась первоначально в Фессалии, а не в Малой Азии). Гомер, вероятно, был знаком с этим эолийским эпосом, на что указывают многочисленные эолизмы в его языке. Фессалия, судя по всему, сыграла немаловажную роль в формировании общегреческой олимпийской религии. На это указывает хотя бы то, что сама гора Олимп, считавшаяся местожительством богов, находилась на севере Фессалии. Все эти и, вероятно, также многие другие неизвестные нам факты мог иметь в виду создатель мифа об Эллине, когда он локализовал его на юге Фессалии.
Разумеется, авторитета одного Гесиода или какого-нибудь другого поэта той же поры было недостаточно для того, чтобы внедрить в сознание всех греков, где бы они ни обитали, мысль о том, что их предки вышли когда-то с берегов Пенея и Ахелоя, а не какой-нибудь другой реки. Есть основания полагать, что немалую роль в пропаганде панэллинской идеи в ее фессалийском варианте сыграли Дельфы — наиболее почитаемое святилище Древней Греции
Другим пропагандистом и распространителем этого мифа было, по всей вероятности, святилище Зевса в Додоне. В окрестностях Додоны (см.
Интересно, что жрецы — толкователи додонского оракула назывались в древности Έλλοί или Σελλοί, что этимологически очень близко к 'Έλληνες, как признают современные лингвисты. У Гомера мы находим любопытный эпизод (II. XVI, 233-35): Ахилл, отправляя в бой своего друга Патрокла, обращается с молитвой не к какому-нибудь другому богу, а именно к Зевсу Додонскому:
Если фессалийский герой Ахилл в столь важный момент его жизни обращается с молитвой к божеству, обитающему в совсем другой части Греции, то не значит ли это, что предки Ахилла пришли когда-то в Фессалию из Эпира, где находилась Додона? Напоминанием о том, что здесь, в Додоне, когда-то обитал народ эллинов или эллов, осталась титулатура жрецов местного храма. Этот вывод был сделан уже Аристотелем, который полагал, что древняя Эллада находилась именно в Додоне.
Итак, тот факт, что название одного из греческих племен, обитавшего первоначально в Эпире, в области Додоны, а затем переселившегося на восток, в Фессалию, стало в конце концов универсальным обозначением всей греческой народности, можно приписать стечению целого ряда случайных обстоятельств (роль Дельф и Додоны, эолийско-фессалийская ориентация мифологической поэзии Гесиода и т. д.). Точно так же чисто случайно возникло и второе общее название того же народа — «греки», названия многих других народов как в античную эпоху, так и в средние века. Нельзя, однако, считать случайностью то, что потребность в таком универсальном обозначении всех греческих племен, где бы они ни жили, появилась именно в VIII столетии, не раньше и не позже.
