Благородный раджпут, обладавший духом постоянства и несгибаемой отвагой, использовал любую возможность подняться против угнетателя. Своей настойчивостью и доблестью он изматывал целые династии врагов, то подчиняясь судьбе, то сокращая вражеский круг завоеваний. Каждая дорога в Раджастхан была омыта потоками крови отступников и преступников. Но все напрасно. Приходили новые враги, династия сменяла династию, продолжая дело тех, кто без угрызений совести благословил убийство, узаконил грабеж и обожествил разрушение. В этих безнадежных столкновениях целые племена были сметены с лица земли, лишь имена их стали памятью о былой славе. Какой другой народ на земле, кроме раджпутов, может сохранить подобие цивилизации, дух и обычаи своих предков за столько веков беспрестанного угнетения?{179}
В течение года после победы при Тараине армия Мухаммеда Гури взяла Дели, Мирут, Кол (Алигарх) и Баран (Буландшар), захватив власть в междуречье Ганга и Джамны. Аджмер также находился под контролем Гурида, а в течение трех последующих лет его судьбу разделила большая часть Арьяварты. Из трех крупных естественных крепостей, защищавших Раджастхан и южные пути, Рантхамбор пал, Гвалиор был осажден, а Нарвар ждал своей очереди. На востоке после очередной проигранной битвы опустошению подверглись Каннодж. Асни и Варанаси на Ганге, а на юго-западе, повторив победный маневр битвы с раджпутами у горы Абу, Гуриды захватили Анхилвар (Патан). XIII век начался еще более масштабными завоеваниями, когда мусульманская армия двинулась дальше на восток, в Бихар, Бенгалию и Ассам. Другие силы направились в страну Чандела к югу от Ганга и захватили, среди прочего, цитадель Калинджар. На карте индийская империя Гурида уже превышала владения Харши.
Многие из этих завоеваний были временной данью хищническому инстинкту. Аджмер и Рантхамбор, например, меняли хозяев несколько раз. Гвалиор и Калинджар вскоре после падения были отбиты. Анхилвар сразу после оккупации покинули все жители. Иногда туруски оставляли у власти прежних правителей, но когда войска уходили, народ отказывался повиноваться. В других случаях, особенно в Бенгалии, победоносные полководцы турусков вскоре сами объявили о союзе с Дели. Для мусульманских завоеваний характерно, что большинство крупных городов и крепостей переходили из рук в руки, иногда 4–5 раз, прежде чем их судьба решалась окончательно.
Ни одну из этих ранних побед нельзя приписать самому Мухаммеду Гури. Вскоре после второй битвы при Тараине он вернулся в Газни, и хотя посещал впоследствии Индию, его внимания требовали другие, более неотложные дела в Азии. Там, по наущению халифа Багдада, Гуриды в 1201 году завоевали еще одну империю. Как и земли Гкзневидов, она простиралась на запад до Каспия. И опять просторы Хорасана напомнили, что их проще завоевать, чем удержать. За несколько месяцев Гуриды были разгромлены тюркскими правителями Хорезма, или Хивы (в нижнем течении Амударьи). Затем тюрки сами сдались еще более многочисленной орде чужаков и язычников под командованием Чингисхана.
Дрогнув после тяжелейшего поражения на северо-западе Афганистана, Мухаммед обнаружил, что Гyp в опасности и коммуникациям от Газни до Лахора грозит пенджабское племя, известное как гакхары. До 1206 года он сдерживал восстание, но одной темной и душной ночью несколько мстительных гакхаров каким-то образом пробрались в его лагерь на берегах Джелума и «вонзили свои кинжалы в тело царя». «Так пал султан Муиз ад-дин Мухаммед Гури после тридцати трех лет правления», — пишет Феришта.
