Вместе с тем Бхаратия джаната парти и ее организации подошли к вопросу о резервировании для «прочих отсталых классов» с большой осторожностью. Формально БДП признала рекомендации комиссии Мандала,но РСС, Вишва хинду паришад, Баджранг дал и другие организации «Семьи хиндутвы» придерживались мнения, что резервирование вносит раскол в общество. Негативная реакция БДП и стоящих за ней организаций на решение премьер-министра В.П. Сингха о введении в действие рекомендаций комиссии Мандала была вызвана их беспокойством о том, что политическое усиление «отсталых классов» могло привести к дальнейшей потере влияния высших каст, особенно в хиндиязычном поясе, а это, в свою очередь, отрицательно сказалось бы на позициях партий и организаций, сделавших ставку на создание хинду раштры. Такая реакция на попытку ввести для «прочих отсталых классов» государственную опеку и квоты на общеиндийском уровне была не случайным, а логическим продолжением и развитием деятельности консервативных индусских организаций по этому вопросу. По существу, такой подход отразил идеологию индусского фундаменталистского движения хиндутва, которое особенно заметно стало проявлять себя с начала 1980-х годов, то есть фактически параллельно с развертыванием движений за и против резервирования[940]. Как отмечалось в исследовании причин выступлений против подобного резервирования, проведенного Институтом социальных наук им. Таты, «движение отсталых классов можно размыть, если в данном регионе появится националистическое возрожденческое движение, которое могло бы отвлечь энергию, внимание… обездоленных низших каст»[941]. Именно таким движением и стала хиндутва.

Движение хиндутвы и проблема Айодхъи

В БДП и ее массовых организациях, прежде всего РСС и Вишва хинду паришад, разгорелась дискуссия в отношении проблемы резервирования для «прочих отсталых классов». Эта дискуссия привела к тому, что БДП решила перенести центр политических дебатов с рекомендаций комиссии Мандала на проблему храма в Айодхъе, то есть с кастовой проблемы на религиозную – отношениям индусского большинства с мусульманским меньшинством.

Для мобилизации как можно более широкой поддержки индусов по вопросу о храме в Айодхъе БДП организовала Рам ратх ятру – процессию с колесницей Рамы. Главным идеологом и исполнителем ее был один из старейших лидеров партии Лал Кришна Адвани. Процессия должна была пройти по восьми штатам и покрыть 10 000 км. Ее лозунг был сформулирован предельно ясно: «Во имя Рамы мы решили построить храм на месте его рождения».

Для этой цели была специально оборудована автоколесница, с громкоговорителями и проигрывателями, украшенная цветами и символами Бхаратия джаната парти. Именно Адвани ехал на этой колеснице. Процессия сопровождалась исполнением в записи песни одной из самых популярных певиц Латы Мангешкар. Тема песни: «Магическое имя Рамы приносит всем мир и счастье. Айодхъя останется пустой и безмолвной, пока Рама не войдет в нее». Звучали также патриотические песни популярных киноактеров. По мере продвижения процессии Адвани обращался к собравшимся на многочисленных митингах. Он говорил, что индуизм вносит «огромный вклад в социальную трансформацию общества, в преодоление кастовых барьеров и в национальное строительство». Адвани также призывал лидеров мусульманской общины уважать чувства индусов в отношении храма Рамы в Айодхъе[942].

Процессию сопровождали активисты ВХП, на митингах присутствовали святые и садху в оранжевых одеждах. И хотя процессия выглядела как «сугубо религиозная», но, по мнению оппонентов БДП, она имела «агрессивный и антимусульманский» характер[943].

Адвани отвергал эти обвинения и заявлял, что БДП представляет всех граждан Индии, вне зависимости от их религиозной принадлежности, и что на пути следования процессии не было каких-либо столкновений. Хотя одновременно с ней в других районах происходили беспорядки, в которых погибло около 600 человек[944].

Перейти на страницу:

Поиск

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже