История Испании. Том II полностью

Но основной причиной изменения и упадка муниципальной жизни и распространения уравнительной политики XVI–XVII вв. были внутренние перемены, происшедшие в городских советах, а именно обострение классового неравенства, продажа муниципальных должностей знатным сеньорам и влиятельным лицам, порожденная этим борьба за власть, упразднение общего собрания членов городской общины (assamblea) и собственно совета как политического органа местной власти. Действительно, хотя в то время теоретически еще считалось, что власть принадлежит «сообществу и объединению всего народа, называемому открытым советом», на деле, как говорит писатель XVII в. Бобадилья, установился обычай передавать эту власть в руки «городского совета, который имел такую же власть, как и народ в целом». Другими словами, старинная комиссия чиновников, ранее зависевшая от общего собрания, теперь присвоила всю его политическую силу и постепенно превратилась в олигархию. Массы городского населения потеряли интерес к муниципальной деятельности, ибо не принимали в ней никакого участия. Эта перемена вскоре произошла во всех крупных городах и селениях, за редким исключением (например, Мондоньедо по уставу 1542 г. сохранил общее собрание, хотя оно и созывалось чрезвычайно редко); старинные порядки уцелели в деревнях, где существовали еще средневековые советы, хотя они мало влияли на общее положение городских властей, как в силу преобладания городского населения над сельским, так и из-за противодействия системе советов со стороны законодательных органов. Когда городские советы или капитулы оказались политически оторванными от общины, процесс централизации управления пошел еще быстрее и с советами произошло то же, что с общими собраниями, то есть постепенно все их функции перешли к представителям королевской власти (коррехидорам, алькальдам и т. д.) и аудиенсиям.

Одной из обычных в то время форм подчинения городских самоуправлений центру являлась продажа общественных постов и должностей, к которой корона прибегала, чтобы пополнить королевскую казну. Вследствие этого — должностей нередко оказывалось больше, чем нужно, и больше, чем разрешали местные средства. Убедившись в том, какой вред приносит такое положение, власти пытались с ним бороться, издавая законы, которые предписывали сократить количество муниципальных должностей, но все же система, эта продолжала существовать и приносить свои дурные плоды, как свидетельствует указ от 9 мая 1669 г., признающий «большие неудобства и вред для подданных оттого, что продаются с правом наследования должности рехидора, старшего знаменщика, младшего прокурора, старшего судьи, уполномоченного эрмандады, казначея, попечителя по делам несовершеннолетних и другие должности, дающие право голоса в городском совете, ибо городское население страдает от притеснений имущих, перекладывающих все тяготы на бедноту, что вызывает опустошение селений и упадок королевских доходов». Для исправления зла, говорится в указе, в дальнейшем будет решено, как поступить с этими должностями, которые продавались «в городах, имеющих голос в кортесах, и в больших городах, являющихся центрами областей». Относительно других городов и селений указ предписывает, чтобы «осталось управление каждого города и селения в таком состоянии и виде, в каком пребывало оно до 1630 г., когда началась продажа и передача по наследству указанных должностей», а также запрещает в дальнейшем — «какие бы настоятельные доводы ни приводились, какая бы нужда в том ни появлялась — продавать подобные должности даже если на то будет особое разрешение кортесов королевства». Как это часто случается при борьбе с административными злоупотреблениями, указ дал ничтожные результаты. Нужно сказать, что в коррупции были повинны не только короли. Различные указы времен Карла I и Филиппа II говорят об установившемся во многих городах обычае продавать и сдавать в аренду некоторые общественные должности (в том числе посты судей, прокуроров и писцов) и запрещают эту торговлю, наносящую вред интересам самоуправления.

Влияние централизма сказалось также на уставах городов и на рассмотрении жалоб на местные власти. Еще в 1539 г. Карл I обязал городские советы представлять уставы — через соответствующих лиц — на обсуждение королевского совета, который должен был решить, «что нужно повелеть, сохранить или подтвердить», уточняя тем самым указ католических королей (1500 г.), согласно которому уставы подлежали королевскому утверждению; Филипп III подтвердил это распоряжение Карла в 1610 г. Что касается жалоб, то со времен католических королей они подлежали рассмотрению королевского совета, причем еще в указе 1502 г. требовалось, чтобы он действовал с величайшей осмотрительностью и, прежде чем «приостанавливать или запрещать», справлялся у «наших коррехидоров и других чиновников соответствующих городов и селений».