Целью путешествия были «области, лежащие за пределами Европы» (Плиний), точнее — Эстримниды. Эти острова обычно отождествляются с Касситеридами, о которых говорят различные античные авторы и под которыми обычно понимаются острова Сцилли вблизи юго-восточной оконечности Англии. Текст Авиена позволяет предположить, что Гимилькон высаживался также на берега Ирландии и Южной Англии, с одной стороны, и Бретани — с другой. То, что он выезжал за пределы этих стран, совершенно неизвестно и даже невероятно.
Путешествие продолжалось почти четыре месяца. Если эти данные правильные, то Гимилькон устанавливал контакты во многих местах на атлантическом побережье, ибо даже при самых неблагоприятных обстоятельствах, какие могли случиться на море, путь от Карфагена до Эстримнид должен был занять существенно более короткое время.
Гимилькон, как и Ганнон, действовал по поручению государства. Государственные власти явно стремились монополизировать морскую торговлю с Северной Европой, особенно торговлю оловом и свинцом. Эти стремления совершенно понятны, если вспомнить, что, например, во всей Северной Африке не было ни одного месторождения олова. Что же касается предположения, что Гимилькон, кроме названных торгово-политических целей, преследовал еще и колониальные (например, основание колоний на западном побережье Иберии), то для этого нет надежных оснований.
Из описания Авиеном путешествия Гимилькона можно увидеть, что карфагенский капитан подчеркивал опасности морского пути к Эстремнидам. Он говорил о безветрии, мелях, испарениях, тумане, водорослях и морских чудовищах. Очевидно, это должно было удержать потенциальных конкурентов (и здесь надо в первую очередь думать о греческих торговцах) от намерений достичь Оловянных островов.
О дальнейших путешествиях карфагенян к Эстримнидам мы ничего не знаем. Однако существует очень большая вероятность того, что и после Гимилькона карфагенские торговцы плавали в СевероЗападной Европе для приобретения олова и свинца. Во всяком случае, опасно переоценивать значение этого путешествия[21].
Другим следствием путешествия Гимилькона или рассказа об этом путешествии явилось, возможно, то, что оно через полтора столетия облегчило массалиоту Пифею достижение части его целей в Северной Европе.
Первый карфагено-римский договор, имеющий огромное значение для понимания столь важного периода и карфагенской, и римской истории, дошел до нас не в своей первоначальной (латинской) форме, а только в греческом переводе Полибия. Оригинальный текст этого договора (как и других карфагено-римских договоров) был выгравирован на медных досках, которые римские эдилы хранили в Эрарии. Кажется, что текст этого договора и других карфагено-римских договоров обсуждался в сенаторских кругах накануне III Пунической войны. Полибий, вероятнее всего, узнал об этом договоре благодаря своим связям в римском нобилитете.
Договор, заключенный между карфагенянами и римлянами, а также союзниками с обеих сторон, мнения которых, впрочем, никто не спрашивал, предусматривал следующее:
I. Положения, касавшиеся римлян и их<союзников:
1. Римлянам на кораблях было запрещено пересекать определенную границу, которая была отмечена «Прекрасным мысом».
2. В случае, если римляне из-за врагов или бури будут вынуждены высадиться в пункте по ту сторону «Прекрасного мыса», они не должны там ни торговать, ни брать ничего, кроме того, что необходимо для ремонта корабля или совершения жертвоприношения.
3. Римским торговцам разрешено вести дела в Ливии и на Сардинии только в присутствии карфагенского (или союзного?) «чиновника» (kêryx или grammateýs).
4. В карфагенской части Сицилии римляне имеют те же (торговые) права, что и карфагеняне.
II. Положения, касавшиеся карфагенян и их союзников:
1. Для карфагенян не устанавливаются границы их путешествий.
2. Карфагеняне не должны наносить никакого вреда латинским городам, находящимся под властью Рима; названы конкретно Ардея, Анций, Цирцеи и Таррацина.
3. Карфагеняне должны держаться в стороне от латинских городов, которые не находятся под контролем Рима. Но если случится, что они захватили какой-либо город этой категории, то они должны этот город в том состоянии, в каком он находился до захвата, передать римлянам.
4. Кроме того, карфагенянам запрещается строить в Лации укрепления, а если они с враждебными целями вторгнутся туда, то они не должны там ночевать.
В то время как интересы римлян были направлены на предотвращение чужого влияния в Лации, интересы карфагенян не менее ясно были ориентированы на защиту своих торгово-политических интересов. Они твердо представляли, что есть две области, в которых деятельность некарфагенских торговцев не желательна. Это были те области, в которых нужна была концентрация торговли в карфагенских руках. К этим областям относилось пространство за «Прекрасным мысом».
