На следующий год (310 г.) карфагеняне решили основательно приняться за дело. В распоряжение полководца Гамилькара, сына Гисгона, был предоставлен первоначально следующий людской и материальный потенциал: 2 тысячи карфагенян, 10 тысяч ливийцев, тысяча этрусских наемников, тысяча балеарских пращников, 130 военных кораблей, большое число транспортных судов, 200 этрусских парных колесниц, предметы вооружения, припасы и деньги. По сравнению с более ранними сицилийскими экспедициями число бойцов было относительно небольшим, но явно с самого начала планировалось призвать и навербовать на Сицилии еще другие отряды.
При переправе во время бури Гамилькар потерял 60 военных кораблей и 200 судов с зерном, а среди солдат, которые взошли на борт, было много видных карфагенян. В скором времени, однако, способному полководцу удалось набрать на местной почве армию приблизительно в 40 тысяч пехотинцев и 5 тысяч всадников. Психологическое воздействие этого успеха было значительным.
Агафокл опасался отпадения многих городов и укреплений, и вероятно, не без оснований. Возможно, гелейцы относились к тем, кто намеревался перейти на сторону карфагенян, тем более что они могли рассчитывать на быструю карфагенскую помощь, так как Гамилькар разбил свой лагерь в гелейской области, у Экнома. Чтобы гелейские солдаты и гелейские деньги не достались карфагенянам, Агафокл хитростью овладел городом, убил свыше 4 тысяч гелейцев и завладел всем чеканным и нечеканным драгоценным металлом своих союзников. После этого он оставил город и разбил свой лагерь на левом берегу Гимеры напротив Экнома. Но его атака на лагерь карфагенян в июне 310 г. закончилась ужасным поражением. В бою пало 7 тысяч греков. На стороне карфагенян особенно выделялись балеарские пращники. Но, может быть, решающим стало то счастливое обстоятельство, что во время атаки войск Агафокла высадились новые карфагенские части, и армия тирана большей частью оказалась между двумя жерновами.
После победы при Экноме Гамилькар двинулся к Геле. Агафокл отступил оттуда, чтобы занять карфагенян осадой города и дать возможность сиракузянам собрать урожай. Гамилькар, однако, скоро увидел, что Гелу быстро не завоевать. Поэтому он озаботился тем, чтобы привлечь на свою сторону другие города и укрепления. Это ему удалось, по-видимому, не только благодаря его военному превосходству, но и его дипломатическим способностям. Сицилиоты легко переходили на его сторону: альтернатива в лице Агафокла была весьма незаманчива! Камаринцы, леонтинцы, катанцы, тавроменцы, мессанцы, а также сикульские абакиненяне и жители многих других городов выступили на его стороне. Наконец, вся Сицилия, кроме самих Сиракуз, находилась в руках карфагенян.
Агафокл был вынужден вернуться в Сиракузы. Так как он считался с возможностью длительной осады, то принял меры, которые, как ему казалось, должны были помочь ее выдержать. Возможно, решающей ошибкой обычно весьма разумного карфагенского полководца Гамилькара стало то, что он не воспрепятствовал возвращению тирана в Сиракузы.
Отвагу и хладнокровие проявил Агафокл, когда он составил и провел в жизнь план, в соответствии с которым он вместе с отборными солдатами переправился в Африку, чтобы нападением на центр противника ослабить давление, которое испытывали Сиракузы. Принимая такое решение, он явно считал, что карфагеняне располагали там только неопытными в войне людьми и африканскими союзниками лишь на случай выхода подчиненных из повиновения. Эти надежды оправдались только частично. Конечно, в своем расчете он учитывал также момент внезапности и богатство страны. Это мероприятие, план которого он держал в полной тайне, было подготовлено рядом важных мер, целью которых было укрепление верности города, наполнение военной казны и усиление боеспособности армии. Своего брата Антандра он назначил «хранителем города» (Диодор). Он, по возможности, разрушал семьи, причисляя часть их членов к «африканским бойцам». Он уничтожил оппозиционеров. Он завладел владениями сирот, украшениями женщин, имуществом богачей и некоторыми ценными пожертвованиями (по обету). Наконец, он дал свободу боеспособным рабам. Так как карфагеняне 14 августа 310 г. не охраняли вход в гавань Сиракуз, ибо все на своих кораблях вышли навстречу транспортным судам с хлебом, приближавшимся к городу, Агафокл с 60 кораблями вышел из гавани и взял курс на Африку. Карфагенский флот тотчас бросился вдогонку, но сумел увидеть сиракузские корабли только через шесть дней и шесть ночей на рассвете. С трудом Агафокл сумел высадиться у так называемых Каменоломен юго-западнее мыса Бон. Чтобы увеличить готовность солдат к боям и чтобы не нужно было оставлять никаких сил для охраны корабельной стоянки, тиран сжег корабли. И чтобы вдохнуть в солдат, среди которых распространялось малодушие, новую отвагу, он двинулся против «карфагенских» городов Мегале Полис (Большой Город) и Левкое Тинес (Белый Тунет, Белый Тунис), захватил их, разграбил и разрушил.
