Четыре дня на Кругу шли споры. Казаки кричали, что великому государю и без крестного целования служить рады верно и целование креста ни к чему. Но было решено, что «всем войском великому государю обещанье учинить перед Евангелием». Был сделан приговор принести на верность службе государю крестное целование, «а если кто из казаков к тому обещанию не пойдет, того по войсковому праву казнить смертию и животы их грабить». Присяга была учинена на площади перед собором. Имена присягнувших были внесены в книгу, присланную из Посольского Приказа. Другая книга была оставлена в Войске, для записывания тех, кто вновь будет принят в казаки. Главные статьи присяги заключались в том, что «старшинам и казакам все открывшиеся на Дону возмущения и тайные заговоры противу государя в тож время укрощать, главных заговорщиков присылать в Москву, а их последователей по войсковому обычаю казнить смертию. Если же кто из. них в нарушение присяги, изменя государю начнет сноситься с неприятелем – с поляками, немцами и татарами, – с таковыми предателями, не щадя живота своего сражаться, сами же к таковым злоумышленникам не приставать и даже не помышлять о том. С калмыками дальнейших сношений не иметь, кроме увещаний служить государю верно, и с казаками, скопом и заговором ни на кого не ходить, никого не грабить, не убивать и во всех делах ни на кого ложно не показывать. На здравие государя Алексея Михайловича и его царской фамилии не посягать, и кроме того, другого государя – польского, литовского, немецкого и других земель царей, королей или принцев иноземных не призывать и не желать, а ежели услышат или узнают на государя или всю царскую фамилию скоп или заговор или другой какой умысел, возникший у русских или иноземцев, и с такими злоумышленниками, не щадя живота биться».
28 августа 1671 года донские казаки стали подданными московского царя, и Донское Войско вошло в состав Российского государства. После принесенной донскими казаками присяги на службу московскому царю в Москве решили закрепить более прочно положение на Дону и в его низовьях построить укрепленные городки. Решение это было предложено атаману и старшине, значение которых стало возрастать на Дону. Постройку укрепленных городков было предложено произвести так, чтобы знали только атаман и его старшина. Но это тайное решение было воспринято казаками как оскорбительное для них и поэтому отвергнуто. Атаман был сброшен, а главный виновник этого проекта должен был бежать в стан воеводы Хованского, отбиваясь ножом.
Военная часть осталась в ведении Войска. Царские грамоты определяли только число казаков, потребных для похода. Но какая станица сколько должна выставить бойцов – это было только в ведении Войска. В 1672 году войсковой грамотой было приказано, чтобы казаки шли в Черкасск из каждого городка по три части, четвертая же часть оставалась для охраны городков.
В походах казаки подчинялись московским воеводам, но вся военно-административная, судебная, дисциплинарная, хозяйственно-интендантская часть оставались в ведении походного атамана и выборных войсковых начальников.
В то время когда Москва и Дон переживали мятеж Разина и последовала присяга Донского Войска на верность службы государю, в Приднепровье происходили не менее важные события. Раздел Днепром, по Андрусовскому миру в 1667 году, вызвал сильное недовольство во всех слоях приднепровского населения. Запорожские казаки увидели в договоре Москвы с Польшей угрозу свести общими усилиями запорожских казаков. В правобережье, в Чигирине, Дорошенко объявил себя подданным турецкого султана. Неспокойно было и в левобережье. Брюховецкий, получив боярское достоинство и имущественные угодья в награду от царя, стал бесконтрольно проявлять свою власть и вести двойную политику в отношении Москвы. Он настаивал на проведении мер, которые вели бы к общему недовольству: увеличения московских войск в Приднепровье и присылки митрополита из Москвы.
В западной стороне был третий гетман – Хоненчко, сторонник Польши, и Приднепровье разделилось на три части: западная входила в подчинение Польши; часть с городом Чигирином признавала подданство Турции; восточная часть оказалась под властью Москвы. В положении неустойчивого равновесия оказалась четвертая часть Приднестровья – Запорожье. Непримиримым противником Москвы стал и киевский митрополит Мефодий. Переход московского ставленника киевского митрополита во враждебный Москве стан замыкал кольцо правящей верхушки против Москвы. В Гадяче была собрана тайная Рада и поставлен вопрос – как и какими мерами начать дело, чтобы выжить Москву из украинских городов. Этому делу мешала вражда между Дорошенко и Брюховецким. В Чигирине тоже была собрана Рада, и Дорошенко говорил, что «Брюховецкий человечишко худой и не природный казак». Всею старшиною было утверждено – соединиться жителям обеих сторон и платить дань турецкому султану и крымскому хану, и с ними ходить на московские земли.
