У Лены и Сашки было две бабушки: Валентина Михайловна и Зинаида Петровна. Бабушка Зина жила далеко, под Иркутском, поэтому к ней они приезжали не так часто. Ее дом пах как газетный киоск, а библиотека была такой огромной, что там наверняка завились книжные черви. Лена не была уверена, что означает это выражение, поэтому представляла книжных червей как термитов, прогрызающих маленькие дырочки и ходы в мировой классике. Баба Зина была профессором, носила очки и посмеивалась над соседкой, которая верила всему написанному в газетах. И Лена, и Саша знали, что журналисты — самые большие сказочники на свете, хотя толком и не понимали, почему.
Бабушка Валя была другой. Она тоже носила очки с цепочкой, они всегда висели у нее на шее, и надевала их, когда надо было прочитать название новых семян или посмотреть ценник в магазине. Валентина Михайловна верила в волшебную силу пустырника, считала, что глоток молока прямо из холодильника может убить, а еще знала названия абсолютно всех растений и грибов. Лена любила собирать пестрые букеты и дарить их бабушке. Та ставила их в маленькую вазочку с синим павлином на круглом боку и спрашивала, какие цветы внучка ей принесла, подсказывая названия тех, которые Лена еще не встречала. Однажды Лена нашла ярко желтые маленькие кувшинки у самого леса, чем-то напоминающие куриную слепоту, но раза в три крупнее и на плотных толстых стебельках. Она страшно обрадовалась находке — ей так хотелось найти цветок, который бы бабушка не знала, стать первооткрывателем. Она даже представляла, как их назовут в ее честь — Леналия Спрятанная. Но букет не обрадовал бабу Валю, даже рассердил. Она ушла в дом и долго рылась в шкафах, пока не достала какую-то потрепанную книжку.
— Ищи!
Желтые цветы оказались купальницами — действительно редкими, и настолько, что их занесли в красную книгу. Лена выучила названия всех вымирающих растений, которые были там указаны, запомнила их рисунки и фотографии. Ей не хотелось, чтобы такие красивые цветы исчезли навсегда. И еще больше ей не хотелось расстраивать бабушку.
Раздался грохот — дверь распахнулась, и горячий воздух потянул тюль на окнах на себя.
— Закрой, а то комары налетят!
— Не налетят.
— Вот ночью на тебя и посмотрим.
Дверь закрылась. Сашка забежал на кухню, плюхнулся на стул рядом с Леной и показал ей язык. Сестра пригрозила ему ложкой.
* * *
От пруда Сашка, Семён и Витя направились прямиком к Сашке- номер-два. Дорога шла по полю, вдоль леса, под ногами то и дело встречался дикий щавель, и парни рвали его и ели на ходу.
— Что-то он сегодня поздно, — Витя закинул еще пару листьев в рот и поморщился.
— Да его дед запряг поливать грядки.
— Бред. Папа говорит, какой смысл растить всю эту бадью, если можно купить! — сказал Сашка.
— Да уж! Раз сами насажали, пусть сами и развлекаются.
— Что-то я не заметил, чтобы ты был таким дерзким, когда вчера полол морковку! — Семён толкнул Витю в плечо. Витя ответил тем же.
— Тихо-тихо! Парни!
— Что?
— Дом.
В каждой деревне есть такое место, которое до чертиков пугает стариков и детей. Чаще всего это мрачный дом. Иногда заброшенный, а иногда как этот — за высоким забором, с плодовыми деревьями и старой сморщенной хозяйкой в черных одеяниях, которая призраком мелькала то в окне, то в ветвях кустов.
— Говорят, никто не видел ее лица. А те, кто видел, сразу забывали!
— Да ну? Я бы точно запомнил!
— Не запомнил бы! Это же колдовство!
— Я слышал, что ей больше двухсот лет. Когда моя бабушка была маленькой, это женщина уже была древней как мамонт.
Мальчики ненадолго замерли, словно не решаясь пройти мимо. Первым навстречу дому шагнул Семён. Ребята пошли за ним. У забора они смолкли. Витя почти не дышал, а Мелкий прятал в кармане шорт фигу — бабушка говорила им, что это спасает от сглаза. Только после того, как забор закончился, они снова зашептались.
— Знаете дядю Борю? — Семён прервал тишину. — Он еще в желтом магазине помогает тете Свете. Он как-то пришел сюда и услышал, как ведьма сказала, что он голову потеряет. А через месяц разбил голову, упав с мотоблока.
— Да ладно?! — хором воскликнули Витька и Сашка
— Ага! А откуда у него, по-вашему, шрам на виске?
— Я видел шрам, — подтвердил Витя.
— Слушайте, у меня идея! — глаза Семёна загорелись светом, предвещающим беду и веселье. — А что если наведаться к ней?
— К ведьме?
— Ага! Там со стороны леса есть дыра в заборе, рядом с сараем. Можно пролезть!
Витя и Мелкий переглянулись. На лице Вити расплылась улыбка.
— Мы в деле!
— Но сначала — за Мельником.
