Тем не менее я сел, чтобы ответить М. Коносову: в газете «Смена» была опубликована его статья «Шире круг» (28 мая 1986 г.). Я сначала не поверил, что это «тот самый Коносов», который в студенческие годы участвовал в выпуске стенгазеты, где ниспровергал «соцреализм», потом его имя связывали с делом ВСХСОН73. Статья возмутила не тем, что ее автор, как говорится, «перекрасился», а тем, что он свою работу выполнил грязно – оскорбляя авторов сборника и обманывая читателей. Из монтажа надерганных фраз он создал «куклу», которую выдал за чистую монету. Так он поступил с рассказами И. Адамацкого «Каникулы», Б. Улановской «Альбиносы», П. Кожевникова «Аттестат», стихами В. Кривулина. Это была подделка под критику самого низкого пошиба, на которую автор мог пойти, будучи уверенным в своей полной безнаказанности. Я понимал, что мой ответ не опубликуют, но молчать было нельзя. Во всяком случае, те, кто эту статью М. Коносова напечатал, оценку своей подлости получили.
«Круг» стал для литераторов страны первым знаком перестроечных перемен, а для нас по приобретенному опыту – эпизодом внутреннего расстройства тоталитарной системы вверху и внизу.
Вместе с тем некоторые авторы и читатели самиздата были разочарованы – им были известны ходившие в самиздате тексты более глубокие и яркие по содержанию, но мало кто догадывался, что сборник за три с половиной года прошел восьмикратное редактирование и цензурный досмотр, кочевал из Ленинграда в Москву и обратно. При этом все авторы прекрасно понимали, что из всего, что было ими написано, для «Круга» следовало выбрать самое
Вернемся к началу 1986 года, от которого мы ждали многого.
Из моего дневника:
