Для нас эта встреча содержала приятную неожиданность. Наша культуроцентристская ориентированность полностью совпадала с ориентированностью гостей. О политике ни слова. Политика – то, что уродует жизнь людей и народов, культура – не знает границ. Таков был дух встреч… Затем последовало требование объяснить: «Кто разрешил несанкционированное выступление американцев?!!»
Объяснение в высокопартийном стиле написал Аркадий Драгомощенко.
В июне сего года Ленинград посетила группа американских писателей, поэтов, издателей, музыкантов (известный всему миру квартет саксофонистов РОВА). Во время пребывания в нашем городе они имели возможность посетить Клуб-81, о существовании которого не имели представления, встретиться с правлением Клуба-81, с его членами, работа которых, творческие планы, взгляды на ряд предметов вызвали немалое внимание и подлинный интерес.
Сам факт их приезда в Советский Союз нам представляется многозначительным: в условиях чрезвычайной международной напряженности, встретив недвусмысленную реакцию администрации Рейгана на свое желание посетить СССР, лишившись тем самым финансовых возможностей осуществить поездку, поскольку все программы, связанные так или иначе с культурным обменом, практически закрыты правительством США, – они были вынуждены в течение двух лет собирать средства среди сочувствующих или разделяющих их взгляды общественных организаций и просто людей, желающих узнать правду о Советском Союзе и выразивших им свое доверие. Поездка, как написал в письме один из ее участников, завершилась
Следует пассаж, рассчитанный на чтение идеологического цензора, смысл которого: ничего нового мы не узнали, все, что они говорили нам, было известно из переводов, опубликованных в наших журналах, и «еще более подробно по работам советских исследователей американской литературы, в целом сочувственно и по достоинству оценивших их нравственно-эстетические поиски, и четкому общественно выраженному отношению к внутренней и внешней политике США того периода. Нам известны те вехи, их помнит и прогрессивная Америка: война во Вьетнаме, позор Уотергейта…»
Аркадий Драгомощенко не только продемонстрировал искусное владение языком официоза, но и ходы его партийно-монастырского мышления:
