История леса полностью

Голландские строители пузатых кораблей и ганзейские купцы связывали несколько мощных, протяженных лесосплавных ходов Центральной и Восточной Европы в единую торговую сеть. Через эту сеть лес попадал в другие крупные центры кораблестроения, такие как Гамбург и Штеттин. В этих городах всегда была очень высока потребность в дереве, туда шел лес из Балтики и Скандинавии. С севера и востока ганзейские купцы на пузатых коггах везли лес в Любек, Киль, Росток, Штральзунд или Кольберг[74].

Плотовой сплав на многих других реках имеет тот же возраст, что и на Рейне, но значение его всегда было меньшим. Из всех рек Центральной Европы у Рейна самый большой перепад высот. Кроме того, на Рейне значительную часть года наблюдается высокий и довольно равномерный уровень воды. Он не падает слишком низко и не поднимается слишком высоко из-за того, что в верхнем своем течении Рейн проходит огромный водный резервуар – Боденское озеро. В отличие от других рек, уровень воды в Рейне часто достигает максимума в летние месяцы, когда тает снег в Альпах.

По Эльбе, Хафелю и Шпрее плоты сплавляли минимум с высокого Средневековья, обеспечивая лесом Дрезден, Берлин и Гамбург. Для строительства церкви в Ашерслебене и моста через Эльбу в Магдебурге использовали лес из Богемии, который доставляли в XV веке. Если лес для Магдебурга прибыл в город по реке, то груз для Ашерслебена, видимо, доставили из Акена по суше. Большие объемы древесины поступали по Эльбе и ее притокам в солеварню Люнебурга, где сожгли не только все леса, росшие на месте теперешней Люнебургской пустоши (Lüneburger Heide), но также и лес из Мекленбурга и западной части Шлезвиг-Гольштейна. Из-за очень высокой потребности в лесе Гамбурга и его окрестностей, а также Люнебурга, западная сторона Шлезвиг-Гольштейна и сегодня намного менее лесиста, чем восточная, обращенная к Балтийскому морю. Везде, откуда можно было доставить лес к Эйдеру и Трене, к Пиннау и Крюкау, а в первую очередь – к Штеру, чтобы затем переправить его дальше в Гамбург или Люнебург, леса вырубались. От Эльбы вверх по Ильменау лес бечевой тянули к Люнебургу.

По Одеру лес сплавляли в Бреслау (Вроцлав), из Альп гнали лиственничные плоты в Цюрих: там из этого дерева делали дранку для кровель. Плотами или молевым сплавом доставляли лес для солеварен земли Зальцбург (Salzburger Land). Из Тюрингенского леса (Thüringer Wald) дерево шло в Бад Зоден-Аллендорф, где его использовали для разогрева сковород в солеварнях. Тысячи плотов ежегодно плыли по Изару в Мюнхен, вниз же по Дунаю грузы и пассажиров перевозили корабли, известные как «ульмские ящики» (Ulmer Schachtel). Если внимательно рассмотреть их изображения, то видно, что и эти транспортные средства были плотами. Лес из Гарца поставляли в Брауншвейг и Вольфенбюттель. Там его использовали при строительстве дворца Вольфенбюттель.

Молевой сплав имел большое значение в южном Шварцвальде: там древесиной снабжались предприятия по добыче и переработке полезных ископаемых в верховьях Рейна (Hochrhein). Кроме уже названных пород дерева молевым сплавом переправляли и бук. Именно бук (его было очень много в южном Шварцвальде) в особенно большом количестве использовали для выплавки руды – уголь из него давал максимальные температуры.

Целая сеть ходов для молевого лесосплава возникла в районах солеваренных предприятий в баварских и зальцбургских предгорьях Альп (Alpenvorland). Из районов верхнего течения рек, например, Трауна в земле Зальцбург молевым сплавом спускали вниз лес для солеварен. В систему молевого сплава по Трауну входили не только его притоки, но и другие водоемы. Через лесоподъемники и лесоспуски отдельные бревна транспортировали через водоразделы в Траун или какой-либо из его притоков.

Молевой сплав служил не только для снабжения лесом промышленных предприятий. Города получали молевым сплавом дрова. Поскольку нехватка топлива стала ощутимой гораздо позже, чем дефицит стройматериалов, то и массовый молевой сплав начался позже, чем плотовой, в эпоху максимального дефицита дерева в XVIII веке.