Незнакомец сгрёб меня и грубо поставил на ноги, что я не оценила по трём причинам: он пугал меня, я до смерти устала, и я не люблю, когда меня хватают руками. Кроме того, на сегодня сюрпризов хватит. Я была на пределе. Как только он ослабил довольно грубый захват, я вырвалась, пытаясь определить, стоит ли бояться или просто наплевать на всё, отступить и взглянуть на него. И поднять голову ещё выше. Он был высокий, светящийся, красивый, и ужасный, как мстительный ангел или гневное создание из кельтских легенд. Он стоял прямо и возмущённо и в недвусмысленных выражениях объяснил, что никому не позволено входить в Линлуин. Вообще-то он сказал что-то вроде «Только тем, кто находится под покровительством Владыки, дозволено ступать в Линлуин». Чем бы ни был Линлуин, меня это не касалось. До меня только что дошло: незнакомец не напал и не убил меня. Пока. Я решила вычеркнуть «убийцу с топором» и «серийного маньяка-насильника» из своего списка. По крайней мере, на время. Хотя «религиозный фанатик» или «одержимый борец за чистоту окружающей среды» пришли в голову как возможные варианты. В его глазах было что-то, что заставило меня немного расслабиться; они сверкали от возмущения, но, несмотря на это, были ясными и глубокими. Эти глаза, древние и мудрые, поразительно контрастировали с молодым лицом и телом. Я прочистила горло и поинтересовалась, кто он, собственно, такой и что тут делает. И ещё позвала Бруно. Куда делся этот глупый пёс, когда он так нужен?
Незнакомец окинул меня осуждающим взглядом, глубоко вздохнул и сжато и терпеливо объяснил, что я совершила серьёзный проступок; я, простая смертная, вымылась с мылом в священном Линлуине, и, если этого недостаточно, только что разрушила очень хорошую лестницу, и разве я не представляю себе, в каком затруднительном положении сейчас нахожусь? Об этом должен узнать Владыка, а ущерб будет возмещён. Я должна идти с ним и принять наказание.
Пока он разглагольствовал, я воспользовалась возможностью, рассмотрела его как следует и решила, что определение «религиозный фанатик» подходит как нельзя лучше, но не оправдывает его. Он носил трико! Кожаный пояс с замысловатой металлической пряжкой и ножнами (с кинжалами!) с обеих сторон виднелся из-под плаща или какого-то облачения, сделанного из грубой, но богато вытканной материи, цвет которой переливался от тёмно-зелёного до красно-коричневого при движении, почти сливаясь с окружающим лесом. Это либо его повседневное одеяние (так привычно он его носил), либо, чёрт возьми, довольно высококачественная подделка под ренессанс. Он казался частью леса, и если бы я не была так напугана, то догадалась бы взглянуть, не растут ли листья из его ушей. Но у него были длинные густые волосы… и он блондин. Это впечатляло. Крашеный блондин, судя по тёмным бровям.
Наказание? Смертная? Собрав всю самоуверенность и сарказм, какие у меня были, я сказала:
- Слушай, Робин Гуд или как тебя там! Мне всё равно, кто такой Владыка, эта территория – часть национального парка, а не его личная собственность. Вокруг священного пруда я не заметила никаких запрещающих знаков. Как ты посмел за мной подглядывать? Кто дал тебе право строить укрепления на деревьях? И кстати, ни при каких обстоятельствах ты больше меня не тронешь. И можешь уйти прямо сейчас.
Я не заметила едва различимый сигнал, который он, должно быть, подал, но не успела моргнуть, как передо мной оказались ещё двое. Оба высокие, стройные, длинноволосые блондины в трико. Оба держали луки со стрелами и целились в меня. Да, стрелы. Настоящие. Я попала в шведскую версию преисподней. Должно быть, самоуверенные ухмылки на их лицах заставили меня буквально врасти в землю (я становлюсь упрямой в самое неподходящее время, это моя особенность. Но это лучше, чем упасть на колени и молить о прощении). В завершение всего, появился Бруно, встал рядом с ними и завилял хвостом. Спасибо, Бруно. Он ухмыльнулся. Предатель. Я не виновата, что у него такое имя, сказала я Робин Гуду, пока он смотрел на меня, приподняв брови. Я продолжала его рассматривать. Боже, его глаза были великолепны.
- Хорошо, мне очень жаль, - сказала я и посмотрела на свои ноги. Стрелы исчезли.
Всё пошло бы иначе, если бы один из этих забавных мужчин (или женщин, трудно сказать, они все потрясающе красивы) не подобрал что-то с земли и не передал Робин Гуду, говоря с ним тихо, но настойчиво на непонятном языке. Я охнула и тут же прикрыла рот рукой. Это было кольцо Джейсона. Цепочка упала, когда я прыгала с дерева. На меня снова наставили стрелы.
