Мои братья-мечи лежали на туалетном столике — весьма неподходящее место для боевых клинков, испивших крови даже в моих руках, — и глядя на них, я вспоминала нашу компанию, гадая, почему никто из них не пришел на помощь, не спас из рук эльфа. Или что-то пошло не так, или все же — не друзья?…
Часы текли медленно. Не имея ни полезных, ни интересных занятий, я рассматривала чудесные виды, открывавшиеся из окна: огромный парк, зеленые волны холмов, покрытых непроходимым лесом, пики далеких гор и кажется, даже море. Во всяком случае, в туманной дымке горизонта просматривалась тонкая синяя полоска.
Иногда сидела в кресле, но чаще все же лежала на кровати, потому как слабость была дичайшая. Удивительно, неужели эльф избил меня настолько сильно, что организму не удается устранить последствия?
Впрочем, очередной визит старичка-лекаря все объяснил — во время трансформации в дракона тело восстанавливается тяжелее и дольше. Я поинтересовалась, сколько раз пациенты, подобные мне, встречались в его личной практике.
— Вы первая, уважаемая, — ответил «доктор Айболит», ничуть не смутившись, — но в Академии Целительства есть древние трактаты, в которых подробнейшим образом описываются такие же случаи, как у вас. И не только, да, не только! Еще трансформация человека в эльфа, в оборотня и в дроу. А вот в демона и в сэддэка превратиться невозможно — так сказано древними.
И он прочитал целую лекцию на тему «Почему человек ни при каких условиях не может обратиться в сэддэка или демона». Сначала новая информация воспринималась с интересом, но постепенно монотонное повествование утомило, и я стала все отчаяннее клевать носом. Заметив это, лекарь с доброй улыбкой откланялся, пожелав скорейшего выздоровления.
Сей профилактический осмотр хоть немного скрасил мое однообразное существование. Я уже почти отчаялась дождаться Милорда, когда он все-таки пришел — через пять дней после нашей встречи. Это случилось ближе к ночи, я уже собралась спать, решив, что больше ждать не стоит.
Как всегда, безупречный и серьезный, он остановился на почтительном расстоянии, будто стремился держаться подальше от меня. И все же я обратила внимание на чуть заметные темные круги под глазами, словно человек вымотался на тяжелой работе или не спал, как минимум, сутки. Впрочем, это лишь добавляло таинственной загадочности его образу, а в темных глазах читалась исключительная собранность, как у хищника перед прыжком.
— Я открою точечный портал в библиотеку из твоей спальни, — «поздоровался» мужчина своим завораживающим голосом, — будешь читать любые книги, которые сумеешь прочесть.
И он чуть повел правым запястьем в сторону самого дальнего угла комнаты, где стоял массивный деревянный шкаф, выглядевший, как изумительный антиквариат далекого средневековья. Вспыхнуло едва различимое шарообразное свечение.
— Видеть его и перемещаться сможешь только ты, — продолжил Милорд, — бери книги, но читай здесь. Обратный портал тоже настроен на тебя. И не ходи по замку. Надеюсь, этого занятия будет достаточно для развлечений.
Библиотека — это, конечно, здорово, но последняя оговорка возмутила.
— Я правильно понимаю — вы позволяете читать свои книги, чтобы исключить личные встречи?
— Ты очень догадлива, — без тени улыбки кивнул мужчина.
Я почувствовала себя глупо. Как быть — уговаривать? Очевидно, что это ничего не даст.
— Почему же вы не хотите общаться со мной? Боитесь? — храбро вопросила я, решив спровоцировать хозяина замка, который — и я четко ощутила это, — после моих слов едва уловимо расслабился.
— Смешная девочка, — неожиданно мягко усмехнулся он в ответ.
У меня захватило дух от того, насколько притягательным стал Милорд, стоило ему чуть-чуть приподнять маску суровости.
— Тогда почему? — не отставала я.
— Нам не о чем разговаривать, — от пристального взора мне стало не по себе.
Я поняла, что Милорд по каким-то своим соображениям принял решение не общаться со мной, но вслед за первой мыслью вспыхнуло и четкое осознание — я просто обязана убедить его в ошибочности этого решения.
— Давайте хотя бы попробуем, всегда можно найти темы для разговора.
И искренне улыбнулась, всей душой чувствуя, что малейшая фальшь, любая женская игра или желание понравиться вмиг приведет к настоящей ненависти мужчины уже лично ко мне, а не к драконам в целом. И тогда изменить его отношение будет невозможно.
Милорд долго молчал, буравя исподлобья тяжелым взглядом.
— Тебе пора отдыхать, ты все еще больна, — наконец, раздался в мертвой тишине ледяной, но от этого не менее удивительный голос, — придется отложить до завтра. Переживешь?
— Я буду ждать вас, — просто ответила я.
— Надеюсь, к утру ты наконец, обратишься, и необходимость в разговорах отпадет сама собой.
Однако, очередные намеки на что-то ужасное пропали втуне, потому что несмотря на жесткость Милорда, рядом с ним я продолжала чувствовать себя спокойно, и приняла этот факт за сигнал — отстраняться нельзя, надо налаживать отношения.
Хотя бы дружеские.
