Один раз я даже встала, издав невольный стон, потому что черуша каким-то образом сделала тело очень тяжелым и неповоротливым, словно каждая его клеточка налилась свинцом — еле удалось подняться… Прошла по комнате, заглянула во все углы, никого, естественно, не обнаружила, но и ощущение невидимого наблюдателя не исчезло. Не то, чтобы появился страх, нет, но хотелось бы знать — кто именно подглядывает? Неужели Милорд? Вряд ли, зачем ему?…
Подружиться с Бриттой так и не получилось. Девушка была милой, услужливой, старательной, но на контакт совсем не шла, ограничиваясь выполнением непосредственных обязанностей. Хотелось бы знать, какими карами ее так запугал хозяин замка?
Зато по поведению раздевщицы стало ясно — личина, созданная Фаррелом, каким-то образом спала. Интересно, это произошло сразу после перемещения в замок Милорда или нет? Ведь в первый день я мало, на что обращала внимание, но потом заметила — девушка непрерывно пялилась на меня с нескрываемым восхищением, как на великолепное произведение искусства или на икону. Даже активнее, чем в свое время Сали. Это немного раздражало.
Жутко хотелось внимательнее присмотреться, как реагирует на мою внешность Милорд (ведь она нравилась всем, без исключения!), но первые дни он не приходил проведать свою невольную гостью.
Несмотря на безукоризненно соблюдаемый постельный режим, выздоровление длилось долго. Как только перестала принимать черушу, ушли неконтролируемые провалы в небытие, вернулся обычный сон, а главное, я стала потихоньку вставать в уборную, потому что утка уже порядком поддостала.
На третий день нормального бодрствования пришел-таки Милорд.
— Как ты себя чувствуешь? — как всегда, без приветствий спросил он.
— Спасибо, лучше.
— Кто тебя избил?
Надо же, с чего такой интерес?
— Какой-то эльф, кажется, главарь банды в городе Конн. Держал в цепях.
Отвечая на вопросы, я вглядывалась в Милорда, пытаясь определить, нравлюсь ему или нет, но понять что-либо по непроницаемым глазам было невозможно. Или действительно не впечатлился, или настолько владеет собой. Удивилась, ощутив укол разочарования — почему-то мне хотелось понравиться этому человеку…
— Кстати, благодарю, что вытащили из темницы разбойников.
В глазах мужчины мелькнуло нечто совершенно непередаваемое.
— Я вовсе не вытаскивал тебя оттуда, — наконец, медленно проговорил он, внимательно глядя на меня, — мне просто показалось, что ты хочешь о чем-то то ли попросить, то ли спросить, и снял ограничивающий кокон. А ты тут же свалилась мне на руки.
Вот это новости! Тогда — как???
— А из пустоты? — осторожно начала я, — помните? Я чуть не погибла, но вы спасли меня. Или?…
— И тогда я ничего подобного не делал, — спокойно ответил мужчина, — Ты была в паутине магических нитей, очень странное плетение, и я его разорвал, но и только. Скорее всего, тебе помогли умения драконов, рано или поздно они должны были проснуться. В том числе, к ним относится перемещение в пространстве реальности и сновидений.
Как только Милорд упомянул драконов, в его глазах мелькнула явственная ненависть. Перед этим померкла даже информация о том, что первый раз он помог мне лишь частично, а второй… Я все сделала сама?
О, Господи… Если он на дух не переносит драконов и ждет, когда я перевоплощусь, то… То что?
— Скажите, зачем вы выдернули меня сюда?
— Мне нужен дракон.
Об этом я и сама догадалась.
— А для чего?
Милорд промолчал, но взгляд его был весьма красноречивым. Мол, не суйся с вопросами, на которые все равно не получишь ответов.
— В качестве жертвы? — не сдавалась я.
Мужчина развернулся и направился к двери. Ну, нет! Мне так надоело скудное общение с одной раздевщицей, да и хотелось получить хоть какую-нибудь информацию! Главное, правильно задавать вопросы.
— Не уходите, поговорите со мной, — попросила я.
Милорд развернулся с грацией хищника и немым вопросом в глазах. Казалось, он удивлен, что после всего сказанного, вернее, несказанного, я все еще хочу вести с ним задушевные беседы.
— Пожалуйста, — добавила я, — Бритте вы запретили общаться, а больше ко мне никто не заходит.
Мужчина усмехнулся.
— Хочешь, чтобы я развлекал тебя?
Я покраснела, не зная, что ответить.
— Я буду заходить, но на сегодня хватит, — отрезал он, и покинул комнату.
На следующее утро Бритта принесла несколько платьев, одно краше другого, но меня они ни капли не впечатлили. Никогда не любила пышные наряды и не следовала изменчивой, а часто и глупой моде, одевалась прежде всего удобно и стильно, отдавая предпочтение старой доброй классике.
Поэтому попросила вернуть мой собственный костюм, который не пострадал от деятельности эльфа-садиста — его снова защитили магические свойства, о которых кхин Ла Эдон не предупредил. Раздевщица удивилась, но принесла любимый дорожный наряд, благоухающий первозданной свежестью и чистотой.
Каждое утро Бритта помогала мне одеваться и причесываться, и я проводила дни в ожидании Милорда. Почему-то казалось — если наладить контакт, удастся понять, что он затеял, а может, и избежать этого. Ведь ожидать чего-либо хорошего от его планов точно не стоило.
