— Это хорошо или плохо? — спросила я, вглядываясь в его темные глаза.
Мужчина глянул резко и мрачно, но отвечать не стал.
— Вы для этого отправляли меня в библиотеку? — допытывалась я, — Чтобы выяснить, сколько мне еще трансформироваться в дракона?
— Вообще-то хотел, чтобы ты занялась чем-нибудь полезным, — неохотно ответил Милорд, — но если открыла ярус Далака, то как минимум, наполовину ты уже дракон. А раз сумела книги принести, значит, и Хранитель тебя признал. Я верну их обратно, сходи, возьми что-нибудь другое. И сначала проверяй на месте, можешь прочитать или нет.
— Подождите, — остановила я мужчину, который уже собрался уходить, — я хотя бы посмотрю, вдруг в этих двух смогу что-нибудь понять.
Но книги в железных переплетах отказались даже открываться. Милорд скептически усмехнулся, а я почувствовала себя глупо — притащила такую тяжесть в комнату, и все зря. Но мне и в голову не могло прийти, что такая умная библиотека готова выдавать книги, которые читатель не сумеет ни прочитать, ни даже открыть!
Когда Милорд ушел, я наелась фруктов (Бритта принесла другую порцию, не повалявшуюся по полу), напилась нового, необыкновенно вкусного травяного отвара, благоухающего ванилью и приятной свежестью, а потом долго спала.
Смешно сказать, но я обиделась на библиотеку, оказавшуюся разумной, да не слишком, поэтому решила сегодня туда больше не ходить. А вот прогуляться по замку хотелось давно, почему бы не сделать это сейчас?
Но не успела пройти нескольких шагов по гулкому величественному коридору, как на пути материализовался Милорд.
— Разве я неясно выразился? Не ходи по замку, — хмуро сказал он.
— Но почему?
Мужчина не ответив, кивнул головой в сторону двери, похоже, едва сдерживаясь от желания затолкать меня силой в комнату.
— Вы за мной следите?
— За тобой следят чары, наложенные на дверь. Больше не выходи.
— Что ж тогда на засов-то не заперли? — с неожиданной для самой себя запальчивостью поинтересовалась я.
Милорд вдруг едва заметно улыбнулся, даже в глазах мелькнули смешинки, будто моя несдержанность доставила ему несказанное удовольствие.
— Не знал, что ты предпочитаешь тюрьму нормальному отношению. Может быть, тебя еще и в цепи заковать? У эльфа в гостях больше понравилось?
Меня почему-то покоробило напоминание об этом махровом садисте, но я взяла себя в руки. В конце концов, сам Милорд и правда пока ничего плохого не сделал. Скорее, наоборот.
— У вас мне нравится намного больше, — вежливо-ироничным тоном сообщила я, — Не бьют, а лечат. Кормят фруктами, а не черствым хлебом. Я точно знаю, что фрукты полезны для здоровья. Неизвестно, правда, чем ваша благотворительность закончится.
На этих словах глаза мужчины нехорошо сощурились, а насквозь прожигающим взглядом можно было убить.
Да он начинает показывать эмоции, вот это здорово!
— Вы даже беседовать со мной не брезгуете, я очень благодарна за это, серьезно. Ведь придете сегодня вечером, как и обещали?
Этот вопрос я задала уже с совершенно другой интонацией, потому что испугалась — вдруг Милорд просто плюнет на неблагодарную гостью (как-то забылось в этот момент, что он вызвал меня в свой мир не разговоры разговаривать), и не дожидаясь ответа, быстро прошмыгнула в комнату, аккуратно прикрыв за собой тяжелую дверь.
А уже там опустилась на пол совершенно без сил. Хорошо, что мягкий теплый ворс ковра не дал замерзнуть, потому что сидела я довольно долго, почему-то все тело, как в лихорадке, била мелкая дрожь. Хорошо, что Бритта не увидела меня в столь неподобающем состоянии, иначе нового визита лекаря было бы не избежать.
Так и пошли мои будни. С утра я перемещалась в библиотеку, брала какую-нибудь книжку и читала до самого вечера под аккомпанемент тихого потрескивания огня в камине, к которому время от времени присоединялся шум дождя за окном.
Сначала я просила у библиотечного «поисковика» книги по магии — ее истории, теории и практике. Выглядели предложенные трактаты впечатляюще, но ни один не открылся. Такая же участь постигла и научные труды. С запросами книг о Далаке и драконах, их истории, укладе жизни и мировоззрении тоже не сложилось — эти тома открывались, но прочитать их было невозможно.
В итоге опытным путем установила, что пока мне «разрешается» только художественная литература. Ее целиком и полностью составляла замысловатая поэзия, по сравнению с которой японские хокку с гекзаметром «Илиады» — просты, как пять копеек. Но и это было лучше, чем ничего, поэтому я не жаловалась.
Через некоторое время (по приблизительным подсчетам с момента моего появления в замке прошло чуть больше двадцати дней) я сменила график: теперь утро начиналось с отработки несложных ката и элементарных упражнений с мечами — там же, в библиотеке, так как спальная комната не позволяла развернуться. Представляю, насколько несуразно выглядели мои занятия в звенящей тишине книжного храма: я то активно размахивала двумя сверкающими мечами, то сосредоточенно двигалась по длинным пролетам, плавно перетекая из одной боевой стойки в другую.
