Правда, пришел он не только и не столько для этого. Пусть Сали не является благородной и не писала никаких заявлений о нападении, местная стража не опускается до выяснения подобных деталей — сказывается близость к пустошам с тварями и отдаленность от столицы. Девушке дроу, которую звали Дэвона, полагалась смертная казнь за нападение на людной площади Тинисса, исполнение приговора назначили на завтра.
— Если пострадавшая попросит пощадить Дэвону, казнь могут отменить. Она очень вспыльчивая, но не плохая, — уверял он.
Мы с Мирой обалдело смотрели на дроу, а вот Фаррел, тоже присутствующий при разговоре, удивленным не выглядел. Скорее, ему было забавно.
— Если бы она хотела, убила бы вашу подругу с первой стрелы — она попадает с двухсот шагов в мелкую монетку.
— Конечно, — улыбнулся Фаррел, — она предпочла сначала поглумиться, плюс чтобы Сали поняла, из-за чего умирает, верно?
Мужчина опустил голову.
— Я признаю, что второй выстрел, да еще с магией, говорит не в ее пользу. Но неужели вы не можете быть выше мести? — лицо дроу перекосило от еле сдерживаемых эмоций, ведь эта раса не отличалась спокойствием, — Ваша девушка тоже повела себя… не очень красиво. Дэвона не могла стерпеть такое.
— Ты любишь ее? — вдруг спросил Фаррел, и все мы, включая дроу, изумленно посмотрели на него.
— Дэвону?
Фаррел кивнул. Мужчина долго молчал, опустив глаза в пол. У меня закралось подозрение, что он вообще не станет отвечать, но дроу все же сказал:
— Нет, мы даже не пара, хотя она давно желала видеть нас вместе, — и тут же, вскинувшись, добавил, — но я не хочу, чтобы она умирала из-за меня!
— Дэвона не умрет, но ты скажешь ей правду.
— О чем вы?
— О том, что она не может быть с тобой, — объяснил Фаррел таким тоном, будто втолковывал маленькому ребенку, что нельзя есть грязный песок.
— Фаррел, дроу должна умереть! Из-за нее чуть не погибли Сали и Вита! — Мира выглядела разъяренной кошкой, казалось, еще немного, и она бросится на нашего мага с кулаками.
— Дэвона принесет магическую клятву верности и пойдет с нами. Откажется — умрет. Ты понял? — обратился он к обалдевшему мужчине.
— Да, я смогу поговорить с ней сегодня, и сразу приду к вам.
Дроу ушел, а Мира, которую почти колотило от злости, всхлипнула:
— Что ты задумал, Фаррел? Зачем нам постоянное напоминание об этом кошмаре?
— С магической клятвой она будет не только безопасна, но и полезна. Вместо того, чтобы умирать после сделанного плохого дела, пусть послужит хорошему. Пусть послужит в том числе и Сали. Дэвона импульсивна, но дроу прав — она неплохая.
— Да ты-то откуда знаешь? — уже спокойнее спросила Мира.
Видимо упоминание магической клятвы и возможной помощи сестре сделали свое дело.
— Сходил в городскую тюрьму, видел ее.
— Ну и что? Читать мысли ты не умеешь, откуда можешь знать, какая она? — саркастически улыбаясь поинтересовалась я.
Маг в очередной раз выкидывал фортель, совершенно неподвластный моему пониманию — зачем нам брать с собой дроу? Так и подмывало хоть чуть-чуть зацепить его гордость, но это же Фаррел, попробуй пробить броню, нарощенную, по-видимому, годами!
— Чтобы понять, что представляет собой человек, не надо читать его мысли, — неожиданно серьезно ответил маг, — эта дроу запуталась, не понимает, зачем живет. Мужчине, из-за которого Дэвона полезла в драку, она не нужна. Я предлагаю спросить мнение Сали — в конце концов, больше всех пострадала именно она. Если Сали найдет в своем сердце возможность простить, мы сделаем так, как я сказал.
— А Вита? — не сдавалась Мира, — ведь она тоже пострадала.
— Почему-то в ее решении я не сомневаюсь, — в теплых глазах Фаррела заплясали чертенята.
А я четко понимала, что совершенно не хочу смерти Дэвоны. Как-никак, все обошлось. Вон, даже кольчуга целехонька. Поэтому просто кивнула, напоровшись на неодобрение Миры, которая видимо, была совершенно уверена в другом ответе.
Очередной светский раут подходил к концу. Если бы не прямая обязанность присутствовать на мероприятиях подобного уровня…
Ему уже осточертел бесконечный поток однотипных женщин, вовсю строящих глазки, томно вздыхающих, пускающих в ход многочисленные дамские уловки и готовых отдать все свои прелести за его, пусть даже мимолетное внимание. Они кружили около него, как пчелы вокруг самого ароматного и яркого цветка. Видная внешность, статная фигура и высокое положение всегда привлекали женщин. Они хотели его тело, его душу и его богатство, не подозревая, что на месте души давно царит пепелище, изредка спит он только со шлюхами, потому что те не задают вопросов, открывая рот только для дела, и знать не знают, с кем их свела судьба. А богатство… К Тахору богатство!
— Милорд, приглашаю вас прогуляться по саду. Там сейчас на диво свежо и благостно.
Дамы не теряли надежды покорить сердце одного из самых завидных женихов Наоса. Они изо всех сил старались обманываться вежливой полуулыбкой, неизменно играющей на красивых губах мужчины, и не замечать ледяного бесстрастного взгляда, которого боялись до дрожи и который притягивал их, как магнит.
