Ситуация осложнялось тем, что дроу понимала — ее ненависть на самом деле служила привычной ширмой, а зависть была не только завистью. Постепенно, день за днем она чувствовала все больший интерес к эльфу, ненавидела себя, прикипая к мужчине все сильнее, и выплескивала придирками совсем другое чувство, несмело проклевывающееся в ее израненной душе. Больше всего Дэвона опасалась — вдруг он поймет ее настоящие переживания, но Лэйс ни словом, ни взглядом не показывал, что догадывается о чувствах дроу. И за это (согласно старой доброй женской логике) она ненавидела его еще сильнее.
Временами Дэвона в отчаянии думала — погибни тогда Сали от второй стрелы, все было бы намного проще — состоявшаяся казнь оборвала бы невыносимую тоску под названием «жизнь».
Она давно не радовалась, что приняла предложение Фаррела, и уже не верила, что в Конне действительно станет свободной. Самого мага дроу откровенно боялась. В тот момент, когда Фаррел упомянул облачный ошейник, на секунду шею, запястья и ноги со слышимым лишь ей грохотом стянули невидимые холодные цепи, напоминая о днях, проведенных в караване работорговцев. И на несколько долгих мгновений остановилось сердце…
Здоровенный Велим тоже пугал тяжелым взглядом и всегда мрачным лицом, из-за него она и к Мире опасалась подходить.
Но самые противоречивые эмоции вызывали Тритис и Вита — дроу ненавидела их и одновременно хотела стать ближе. Дэвона никогда не призналась бы даже самой себе, что ищет дружеского тепла и участия, и чувствует — оборотень и некрасивая девушка могут их дать. Это означало раскрыть сердце и душу перед чужими, а этого допустить никак нельзя. Она иногда набрасывалась и на Тритиса, и на Виту, так, на всякий случай, чтобы остальные спутники не подумали, что на самом деле эти двое ей интересны.
А утром произошло непредвиденное событие — оборотень обнаружил, что пропала Вита.
— Я не понимаю, она исчезла с того места, где спала. Но это невозможно, летать умеют только драконы, а Вита — не дракон, я бы сразу понял это.
— Ты уверен, что она не ушла? — спросила Сали.
Тритис и не ответил, лишь выразительно посмотрел на нее.
— Если она просто исчезла, значит, исчезла во сне, — задумчиво проговорил Фаррел, — и это означает только одно — искать ее бессмысленно, надо ждать, когда она уснет там и снова проснется здесь.
— Но это невозможно! — убежденно сказал Тритис.
— У тебя есть другие варианты?
— Может быть, ее украл дракон? — предположила Мира.
— Но здесь не было драконов, — ответил оборотень.
— Ты так уверен, что дракон не сможет замаскировать свой запах? — иронично изогнул бровь Лэйс, и Тэрмод кивнул, соглашаясь с приятелем.
— Когда речь идет о драконах, ни в чем нельзя быть уверенным, — неохотно подтвердил Тритис, — но откуда им тут взяться? И зачем драконам может понадобиться Вита?
Вопрос пропал втуне. Дэвона внимательно наблюдала за попутчиками, почему-то ей было важно знать, что никто из присутствующих не причастен к исчезновению девушки. Ни один не отвел глаз, все серьезно смотрели на оборотня.
— Я тоже не чувствую присутствия чужих, и периметр никто не взламывал, — наконец сообщил маг, — итак, есть еще предположения?
Ответом ему была тишина.
— Тогда остаемся ждать Виту здесь.
— И надолго? — тихо спросила Дэвона, понимая, что ее свобода вновь откладывается на неопределенный срок.
Она исподтишка бросила взгляд на Лэйса, обнимающего Сали, сердце заныло, а внутренности скрутило от невыносимой боли.
— На столько, на сколько понадобится, — глянув на нее с насквозь пронизывающим прищуром, ответил Фаррел.
Похоже, он читал ее чувства, как открытую книгу, ахнула про себя дроу, стараясь закрыться еще глубже, одновременно понимая, что ее жалкие потуги тут не помогут.
Пр
После завтрака Дэвона отправилась в лес поискать следы Виты. Она понимала, что совершает глупость, но делать-то все равно нечего, а это реальная возможность заняться хоть сколько-нибудь полезным делом. Что, если и оборотень, и маг ошиблись, и девушка никуда не исчезала, а попала в неприятности и ждет помощи?
На краю поляны, где накануне Вита упражнялась со своими мечами, нашлись вчерашние следы Велима, причем подходил он не со стороны лагеря, и шел очень осторожно, словно намеревался остаться незамеченным. Умение читать следы досталось девушке от отца — он был одним из лучших следопытов Тамхаса. В качестве подработки Кадир по поручению властей искал опасных преступников, и скорее всего, кто-то из его подопечных, сумев избежать наказания, в итоге отомстил, собрав для этого толпу разбойников.
Велим никогда не посещал тренировки, которые проводил Фаррел, значит, приходил специально к Вите. Но зачем? К сожалению, следы никак не могли рассказать о предмете короткого разговора, после которого Велим ушел, а Вита продолжила занятия.
Дэвона приняла решение позже переговорить с Велимом. Да, страшновато. Но ведь не убьет он ее? А если и убьет — неважно, все к лучшему.
