И в конце концов, когда ночью Дэвона лежала без сна в плотном кольце рук любимого, мучительный марафон пришел-таки к финишной черте — внутри что-то взорвалось и разлетелось на мельчайшие осколки, чтобы растаять и окончательно прекратить свое существование.
Дроу ощутила, как эмоции утекают и испаряются, словно ведро воды, выплеснутое в истосковавшуюся по влаге сухую землю, как уходят многолетние тревоги, недовольство и раздражение. Как сменяя бесчисленные, сжигающие душу страсти, разрастается и ширится, заполняя собою все внутреннее пространство, чистая любовь…
Ощутив жизненно важные перемены в ее состоянии, проснулся Лэйс. Эльф потянулся к девушке, и в зеленых глазах она увидела отражение своих чувств — океан тепла, в который хотелось погрузиться с головой, полное приятие и светлую, живую радость. Расцвел чудесный бутон давно зародившейся любви и окутал эльфа и дроу нежными лепестками ничем не замутненного счастья.
Это был их первый поцелуй без примеси горечи, ревности и сомнений, и Дэвона расцвела под лаской, растворилась в любимом в полной мере: пропало тело, ушли мысли, исчезло все…
Остались только они вдвоем — два в одном — единое целое — неделимое…
Лишь теперь Дэвона поняла, почему для эльфов физическая близость не столь важна… Все эмоции и наслаждения, в полной мере познанные ею в свое время с мужчинами, которых она, вроде бы, любила, оказались пшиком, каплей влаги в раскаленной пустыне.
Чувственное единение, переживаемое сейчас, перекрыло все… А поцелуй стал всего лишь проводником льющейся беспрерывным потоком нежности…
Когда они наконец, оторвались друг от друга, Лэйс ласково коснулся горячими губами кончиков пальцев девушки:
— Поздравляю, жена, — от тепла, сиявшего в глазах любимого, у Дэвоны перехватило дыхание, — теперь мы соединены по нашему эльфийскому обычаю.
Дроу захлестнула волна удивления и радости.
— Но как? Ведь никакого ритуала не было?
— Почему же? Был… Поцелуй, освященный Истинной Любовью — это и есть настоящий эльфийский брак. Любовь сама выбирает, кого принять. И я счастлив, что мы оказались достойны этой чести. Почти триста лет Истинная Любовь не осеняла своим благословением эльфов, и многие давно ищут замену душевной близости, предаваясь постельным утехам с разными партнерами, продолжая втайне надеяться найти того или ту самую… Даже соглашаются на имитацию ритуала, помнишь, я тебе говорил, — вроде бы и брак, но без Истинной любви он дает лишь эмоциональную зависимость друг от друга да умопомрачительный секс. Но постоянное желание быть рядом со своим спутником, приправленное обычными неприятностями — ревностью, обидами и прочим, очень выматывают… Поэтому большинство все же ждут полноценную пару, того, с кем можно разделить не только тело, но и чувства.
— Значит, у нас все будет по-настоящему? — тихо спросила Дэвона, робко заглядывая в явно счастливые глаза мужа.
— Разве ты не чувствуешь меня? — тепло улыбаясь, ответил он вопросом на вопрос.
Девушка прислушалась к себе, и вдруг поняла, что Лэйс имеет в виду. Она чувствовала своего мужчину, как саму себя — ее обволакивало тепло любимого, она словно парила в поднебесье безграничного счастья, видела, что и он чувствует ее блаженство. И прятать друг от друга больше нЕчего…
— А как же Сали? — сама не ведая, зачем, спросила Дэвона.
— С ней будет все в порядке. Я чувствую, скоро что-то изменится, не переживай.
И девушка осознала — она действительно переживает, но не за себя, а за Сали. Стало очевидно, что у Лэйса к несчастному почти ребенку не было ничего, кроме сострадания и желания помочь даже ценой собственного спокойствия. И сейчас она отлично понимала своего мужа.
После провальной операции по спасению Виты Тритис был по-настоящему зол и не скрывал этого. Они с Фаррелом уничтожили всю банду, за исключением проклятого эльфа, измучившего девушку — именно он избивал ее несколько дней, доведя до плачевного состояния, в котором они и застали Виту. Застали, чтобы снова потерять…
Но маг категорически запретил убивать эльфа, и сдал его Ла Сурэту, главе стражи Конна, мотивируя это тем, что властям надо разобраться, кто стоял за столь серьезно подготовленной бандой. Кто обеспечивал им портал, который как оказалось, работал в две точки — напрямую в логово разбойников, и в заброшенный поселок, расположенный далеко от Конна. Им еще повезло, что удалось сразу пройти именно туда, где находилась Вита, а не блуждать по разрушенным улицам и домам.
Тритис имел возможность в полной мере восхититься дипломатическим талантом Фаррела, который умудрился качественно задурить голову сперва начальнику стражи у входа во дворец префекта, чтобы добиться аудиенции, а потом и самому Ла Сурэту, чтобы тот спокойно воспринял кучу странной информации: об уничтожении огромной банды всего-навсего двумя людьми, о действующем портале и о главаре банды, эльфе-садисте, которого в прошлый раз, конечно же, не поймали.
