Такой крупногабаритной личности, какой был Юлий II, ближе всего было мощное искусство Микеланджело. Это родство душ получило выражение в великолепном творении Микеланджело – надгробном памятнике Юлию II с центральной фигурой композиции, Моисеем. Наряду с Браманте (по заданию Юлия II Браманте создал и балконы Бельведера), Микеланджело, Рафаэлем широкие возможности для раскрытия своего таланта получили в Риме Леонардо да Винчи, Тициан, скульптор Бенвенуто Челлини.
В 1518 г. Рафаэль изобразил папу Льва X сидящим на книжном свитке. Это должно было напоминать о том, что папа Медичи патронировал не только изобразительное искусство, но и литературу и науки. Ватиканская библиотека значительно пополнилась благодаря его приобретениям. Лев X реорганизовал и Римский университет Сапиенца. Папа-гуманист любил и легкую литературу, развлекательную музыку, понимал юмор и сам сочинял двусмысленные остроты. К его ближайшему окружению относились наряду с «королем живописи» Рафаэлем Макиавелли и Ариосто. Двор Льва X уже демонстрирует черты позднего Ренессанса, переходящего в барокко.
Смерть Льва X (1521) и разграбление Рима (Sacco di Roma, 1527) означали в Риме конец Ренессанса, но созданные в ту эпоху творения пережили бури истории. В XVI–XVII вв. Рим стал достойной столицей обновившегося и омолодившегося католицизма. Эпоха ренессансных пап может быть охарактеризована и как отрешение папства от средневекового миросозерцания, от органического тождества феодальному обществу; эпоха эта создала условия для приобщения папства, через катаклизм Реформации, затем через Тридентский собор, к Новому времени, к абсолютным монархиям Нового времени. (Еще один пример взаимодействия принципов «вязать» и «разрешать».)
Обмирщение папства тоже можно считать симптомом переходности от одной эпохи к другой. За внешними, поверхностными проявлениями обмирщения (моральной распущенностью, отсутствием религиозного рвения и др.) стояли те исторические изменения, которые вынуждали папство в эпоху формирования национальных государств приспосабливаться к условиям времени: поскольку национальным оно не могло стать, оно становилось политизированным и меценатским. Место религиозных нравственных законов в жизненной практике заняли – игнорируя даже кодифицированное каноническое право – чисто экономические интересы. Центр католической церкви не мог изолироваться от влияния буржуазного развития. В экономическом отношении папство уже давно ступило на путь денежного товарообмена, но основывался этот товарообмен не на результатах производственной деятельности, – это было денежное хозяйство, построенное на налогообложении.
Рационализмом гуманистической науки и блеском ренессансного искусства ренессансные папы второй половины XV в. пытались преодолеть все более глубокий кризис церкви. В данной ситуации кардинальная реформа, вне всяких сомнений, могла быть осуществлена только в ущерб папскому абсолютизму и папскому примату. Попытка провести реформу, предпринятая собором, потерпела фиаско, сами же папы, конечно, заведомо не могли за нее взяться. Таким образом, Ренессанс предоставил средневековому папству еще полвека отсрочки, чтобы оно с помощью науки и искусства, средствами государственной политики попыталось преодолеть кризис. Но, как выяснилось в первой половине XVI в., это было уже невозможно: скопившиеся страсти вырвались на поверхность с такой силой, что взрыв этот до оснований потряс Римско-католическую церковь, породив исторический раскол, который по своим последствиям был для христианства еще значительнее, чем византийская схизма.
С общественно-политической точки зрения Реформация – это (выступающая в обличье религии) идеология и социальная по своей сути борьба немецкой (затем английской, голландской и т. д.) буржуазии против феодализма. Поскольку католическая церковь и папство были главной идейно-политической опорой феодального общества и государственного строя, то острие Реформации в первую очередь было направлено против них. Требование реформ громче всего звучало в германской имперской церкви и в германском обществе, которые особенно болезненно переживали зависимость от папской власти. Всплески социальной активности, да и реальные изменения в XVI в. получали здесь выражение в рамках религиозных движений.
Центральный момент, вокруг которого вырастает вся Реформация, – это возвращение к апостольскому бессребреничеству, ликвидация папских привилегий. Дешевая церковь и рационально организованная религиозная деятельность – это были идеалы буржуазии, но их, хотя бы частично, поддерживали все слои общества: крупные феодалы-землевладельцы – потому, что надеялись заполучить церковные земли, крестьянство же видело в них возможность исправить социальные несправедливости феодального общества.
