Массовый характер еретических движений, таким образом, отражал и кризис церковного мировоззрения. На помощь пошатнувшемуся авторитету церкви поспешили нищенствующие ордена. Францисканцы (или минориты, то есть меньшие братья) и доминиканцы отличались от прежних (монастырских) монашеских орденов тем, что жили не за стенами монастыря и не на доходы, получаемые от своих земельных угодий, не ограничивались тихим монастырским трудом и совместной молитвой: их задача была в том, чтобы нести учение Христово в мир, проповедовать среди людей, вне стен монастыря, питаясь подаянием (отсюда название «нищенствующий орден»). Обет бедности, который они давали, находил выражение и в их внешнем облике. Нищенствующие ордена возникли под влиянием еретических движений (и многое переняли у них), это несомненно; но несомненно и то, что смысл их существования в значительной мере был связан с необходимостью искоренения ересей.
Высшее духовенство вначале наблюдало за ними с некоторым недоверием. (Этим можно объяснить тот факт, что на IV Латеранском соборе создание новых орденов было запрещено.) Однако папы вскоре поняли, какие большие возможности таятся в нищенствующих орденах. Облаченные в «еретическую» одежду, появлявшиеся в самых нужных местах, нищие братья могли распространять и защищать среди горожан, особенно самых несчастных и забитых, учение официальной церкви куда с большим успехом, чем давно нашедшие общий язык с властной верхушкой богатые монастырские ордены и живущие в миру клирики.
Средневековая церковь была богатой и влиятельной организацией, в которой самые высокие ранги: епископский, аббатский – доставались представителям феодальной знати. Однако в социальном плане важной стороной духовных и философских течений в ней являлась идеализация бедности; наиболее влиятельным пропагандистом бедности, нестяжания стал Франциск Ассизский, идущий по стопам Бернарда Клервоского. Жизненному идеалу, связанному с усилением в обществе буржуазных тенденций, противостоящих феодальному укладу, если и не свойственно было стремление к бедности, то, несомненно, близка была тяга к простоте, к рационализму. Вначале это и нашло выражение в движениях, проповедовавших бедность: с одной стороны, во внецерковных еретических движениях, с другой стороны, уже внутри церкви, в нищенствующих орденах. Франциск Ассизский (1182–1226) был образованный, обладавший сильным социальным чувством мирянин, который в общественной атмосфере той эпохи увидел свое (и своих единомышленников) призвание в следовании апостолам и в проповеди бедности. С одиннадцатью своими сподвижниками Франциск предстал перед могущественным папой Иннокентием III с просьбой разрешить им проповедь апостолической пастырской духовности. Иннокентий III одобрил их устав – правда, лишь на словах. (Вероятно, Франциск и сам не собирался создавать обычный монашеский орден.) Развернувший свою деятельность в середине XIII в. орден миноритов, или францисканцев, занимался духовно-пастырской деятельностью, теологическими науками и проповедничеством на понятном для простого народа языке. Устав ордена миноритов (Ordo Fratrum Minorum), построенного на принципах централизма, был утвержден папой Гонорием III в 1223 г.
Борьба против ереси катаров породила необходимость создания ордена доминиканцев, или братьев-проповедников. (Название позже объясняли так: монахи-де считали себя Domini canes – псами Господними.) Основатель ордена братьев-проповедников (Ordo Fratrum Praedicatorum), святой Доминик (ок. 1170–1221), вначале был каноником, но, отказавшись от сана, дал обет бедности и посвятил свою жизнь борьбе с еретиками. Иннокентий III утвердить орден отказался, его утвердил, в 1216 г., следующий папа. Теологическая деятельность доминиканцев не в последнюю очередь служила прагматическим целям – полемике с ересями. Орден разрабатывал не только теологические аргументы для нужд инквизиции, но и необходимые правовые приемы. Папская инквизиция почти полностью оказалась в руках ордена доминиканцев. Несомненно, однако, что своим расцветом нищенствующие ордены обязаны не только инквизиции и борьбе с еретиками. Нищенствующие монахи были первыми просветителями в Европе: они учили, воспитывали, лечили. Наряду с развернутой ими в народной среде культурной и социальной деятельностью – это было характерно в первую очередь для францисканцев – мы находим их во главе европейских университетов, в профессорско-преподавательском составе.
