Акитакэ обернулся и несколько секунд пристально вглядывался в лицо Узукаге. Найдя в нём что-то понятное одному ему, он, круто развернувшись, прошёл к двери, и, уже держась за ручку, сказал:
— Поступай как хочешь.
Каосу нахмурился. Словно бы ещё сомневаясь в своих действиях, он медленно выудил из кипы бумаг чистый лист, взял кисть и принялся выводить приказ. Через пару минут работа была закончена.
На листке красовалась большая надпись, гласившая о том, что ближе к линии фронта будут отправлены команды для поддержки. Далее шли списки тех, кто войдёт в них. Всего было одиннадцать групп, состоящих либо из четырёх, либо из восьми человек. И из всего этого списка именно девятая команда приковала внимание Узукаге.
«Команда номер девять;
Капитан: Узумаки Фукаши;
Входят:
…
Узумаки Нагаши;
…
Узумаки Кушина.»
Комментарий к История шестнадцатая. Кукла
* Оммёдзи - человек, практикующий искусство оммёдо (если в двух словах, это гадательная система). Отмечу, что одежду Кушине подарили не как у оммёдзи, а напоминающий их наряд.
Собственно, причина столь долгой задержки на этот раз довольно проста - глава никак не получалась. Её первая версия была готова ещё в самом начале июня, но она не устраивала меня. За месяц я более пяти раз почти полностью переписывал её текст. Впрочем, доволен им я так и не остался, но больше тянуть не стоит, так как дальнейшие события я представляю весьма чётко.
========== История семнадцатая. Решение Касуми ==========
Спустя три месяца пребывания Кушины в Узушио, а, соответственно, и обучения, Фукаши и Нагаши сообщили ей, что отныне её занятия будут проходить с новой группой. Теперь она обучалась вместе с другими тринадцатью подростками четырнадцати лет. Все они были достаточно сильны и куда более умны, чем предыдущая группа. Да и тренировки у них строились совершенно иначе, не говоря уж о том, что они были сложнее.
Во-первых, большую часть дня посвящали фуиндзюцу. Это было гораздо более интереснее скучной отработки приёмов и своевременного применения Теневых Клонов или Подмены. Действия печатей фактически ничем не ограничивались. Необходимо было только выстроить правильный алгоритм, а после записать его в виде символов. На словах-то просто, а на деле куда сложнее.
Второй причиной, почему тренировки в новой группе казались более интересными, являлось то, что почти всё свободное от фуиндзюцу время тренировали контроль над формой и стихией чакры. Да, конечно, для четырнадцатилетних подростков это было уже довольно поздновато, особенно в военное время, а вот для Кушины, наоборот, самое то. Как выяснилось, у неё была склонность к стихии Воды. Правда, две недели результатов не принесли, хотя она действительно старалась заставить птичье перо намокнуть. Вообще, Кушина больше предпочла бы стихию Ветра или Молнии, но чего нет, того нет. Однако в книгах упоминалась возможность овладеть двумя стихиями сразу, но для начала нужно было научиться управлять хотя бы одной.
Оставшееся после занятий время Кушина всецело посвящала саблезубому котёнку. Он чуточку вырос и от этого стал ещё активнее. К счастью, сад в поместье матери был достаточно большим, а высокая трава позволяла ему играться. Наличие большого вишнёвого дерева также было весьма полезно. Когда малыш засыпал, девочка изучала книги и записывала некоторые интересные факты, а также идеи на будущее. Кстати, спустя три месяца у животного наконец появилось имя — Кушина назвала его Мокутан*. Питался он мясом, которое девочка закупала в торговых лавках, и иногда ловил птиц, чему она отнюдь не препятствовала.
Времени на отдых было немного, но Кушина всё же уставала намного меньше, чем на тренировках с Акитакэ. Учитель действительно понимал её. С неохотой, но всё-таки она не могла не признать, что скучает по тем временам. Несмотря на постоянные изнурительные тренировки девочка ощущала себя свободной. В Узушио это чувство мистическим образом пропадало, причем, девочка даже точно не могла назвать причину. Кроме того, невозможность позвать Асанохи также не приносила радости. Птица уже должна была выполнить своё поручение. Интересно, чем она занимается? Впрочем, не важно, главное, чтобы с ней ничего не случилось.
Через полтора месяца постоянных тренировок девочке всё же удалось сделать злосчастное перо мокрым. Надо отметить, к этому времени все остальные члены её группы уже продвинулись намного дальше. Это служило поводом для постоянных насмешек, которые, впрочем, Кушину абсолютно не волновали. Ей не было дела до этих идиотов, которые только в четырнадцать стали тренироваться в управлении стихией чакры. Учитель предупреждал, пусть и не прямо, о том, что грядёт нечто не самое хорошее. И, нет, не война. К слову, как Акитакэ и предсказывал, среди шиноби в деревне поползли слухи, что война пошла на убыль.
