Впрочем, близнецы оказались прекрасными преподавателями и могли обратить на себя внимание излишне активных учеников. Кроме того, вдали от Узукаге они вели себя куда более открыто и были довольно общительными, имея отличное чувство юмора. Кушина не могла вспомнить дня, когда кто-либо из них не подшутил бы над ней. Впрочем, на все их шутки девочка едва ли обращала внимания, изредка парируя на некоторые фразы. Однако ни Фукаши, ни Нагаши это не останавливало, они по-прежнему пытались при любом удобном случае подловить её и сделать полушутливое замечание. Причём, по мнению самой Кушины, делали они это с потрясающим упорством, достойным лучшего применения, о чём она не забывала едва ли не ежедневно напоминать излишне шумным и весёлым учителям.
Сами занятия начинались в шесть утра на тренировочном поле внутри деревни. Оно было куда меньше того, что скрывалось в лесу, имело пару лавочек по бокам, да и поверхность под ногами представляла собой не песок и гальку, а твёрдую почву. Сначала Фукаши и Нагаши рассказывали теорию, после переходили к практике. С одиннадцати до часу был перерыв, который Кушина обычно проводила дома. У неё было предостаточно занятий, и саблезубый котёнок, по-прежнему безымянный, стоял на первом месте. Энергия так и била из него ключом, грозясь повлечь за собой немалые разрушения. Это заставило Кушину переселить животное в сад на постоянной основе. Девочка старательно обучала и тренировала его, на всякий случай создав ещё несколько печатей-барьеров для сокрытия чакры. В конце концов, учитель просил не привлекать излишнего внимания. Малыш, несмотря на свою чрезмерную активность и игривость, прекрасно слушался Кушину. Она полагала, что через полгода-год можно будет попытаться работать с ним в команде.
Во второй половине дня начинались совместные тренировки. Два раза в неделю они проходили в лесу за Узушио, либо в виде игры, подобной захвату флага, либо прохождение полосы препятствий. Но иногда Нагаши решал чуточку поиздеваться над своими подопечными и устраивал длительные тренировки на выживание, пряча что-нибудь в достаточном отдалении от деревни. Задачей учеников было найти спрятанное, а тот, кому это удавалось, получал одно индивидуальное трёхчасовое занятие. И хотя награду получал только один, наставник периодически напоминал, что от них всех требуется слаженная работа в команде. Не ставящие под сомнение слова Нагаши ученики так и делали, ну, или же, по крайней мере, пытались. Из-за своего вспыльчивого нрава, Узумаки с трудом могли подчиняться, а их из двадцати восьми человек было девять, не считая Кушину. Она же, изначально не умевшая работать в команде, да и не стремившаяся приобретать сей весьма сомнительный, по её мнению, навык, предпочитала делать всё в одиночку. Вернее, и делать-то она ничего не хотела. Подбросить план какому-нибудь наивному и более менее благосклонному к ней ребёнку из наиболее способной команды (чаще всего ученики делились на группы по пять-шесть человек) и благополучно ждать, когда они расчистят путь. Ей оставалось лишь не упустить момент и первой добраться до цели.
Правда, получив бонусное занятие пару раз, Кушина быстро потеряла к нему интерес, не узнав ничего нового и полезного, а потому более не стремилась выиграть. Но в её интересах было закончить подобные игры-испытания как можно раньше, ведь тогда у неё останется свободное время, которое она потратит с большей пользой, чем бессмысленно мотание по лесу. Поэтому помогать одногруппникам приходилось всё равно. Хотя, надо признать, остальные ученики были не идиоты и быстро схватывали суть, так что особенно вдаваться в подробности необходимости не было. Правда, навыки их были на порядок ниже, чем даже те, что она показала на проверке, и без помощи на прохождение подобного испытания у них уходило более шести часов.
Не успела она оглянуться, как наступило её День Рождение, на которое дядя и ещё несколько человек преподнесли подарки, причём, впервые за семь лет. До этого все благополучно забывали об этом дне, да и сама она не акцентировала на нём внимание.
Каосу подарил ей набор для создания печатей. В него входило несколько специальных свитков, три стопки высококачественной бумаги, особые чернила и кисти. Кушина оценила размах подарка, он определённо стоил немало, но в то же время она не понимала, с чего вдруг такая щедрость. Менее месяца прошло с тех пор, как именно по приказу дяди её вновь наказали. Боль в спине и руках не проходила несколько суток, и это несмотря на то, что она приняла достаточно сильные обезболивающие. После двух лет странствий и тяжёлых тренировок, конечно, девочка научилась терпеть боль, но от этого она меньше не становилась. Поэтому столь щедрый подарок Узукаге несколько удивил её, хотя она всё же приняла его.
